Остров Чаек

Сохраняя тот же отстраненно-восторженный взгляд, она почти освободилась. То и дело подергивала головой, словно птичка, плавно хватая воздух пальцами-коготками. Еще она чуть слышно бормотала что-то, и Хатин, приблизившись, поняла: сестра вдруг заговорила, повторяя одно и то же слово.

Неужели? Неужели свершилось чудо? Арилоу смотрела на море, примерно в ту сторону, где качался на волнах в лодке Прокс.

– Кайетемин… – Кажется, это она повторяла. Хатин еще некоторое время прислушивалась к бормотанию Арилоу, но так ничего не уразумела.

А вдруг это и есть то слово, которое шепчет Прокс, только исковерканное вялыми устами Арилоу? Оставалось молиться, что так и есть. Время Хатин вышло.

– Кажется, я знаю, что это за слово, – Хатин сама поразилась спокойствию и чистоте своего голоса.

Взор Скейна был устремлен в какое-то свое небо. Прошло несколько мгновений, и Хатин заключила, что ее просто не слышат, что разум Скейна по-прежнему далеко. Она осторожно коснулась его руки.

В следующую секунду мир сделал беззвучный вдох, и по небу прокатились пушечные ядра грома.

Сверху обрушилась воздушная толща, и тут же посыпались дождевые капли, похожие на мелкую дробину, взрывающую пыль.

Хатин отдернула руку и принялась щипать себя за пальцы и ладонь, чтобы избавиться от впившихся в кожу иголок и булавок. Невидимые рыжие муравьи устремились вверх по руке. Кожа инспектора была холодна, а грудь его больше не вздымалась и не опадала. Скейн, которому всю жизнь было неуютно в собственном теле, наконец оставил его навсегда.

Глава 6. Тропа Гонгов

Хатин, стараясь сохранять спокойствие, отвязала Арилоу и повела обратно на пляж. Она шла послушно, однако рука, за которую ее держала сестра, подергивалась, а в глазах по-прежнему сиял жутковатый блеск.

На пляже все промокли, но вряд ли они мерзли так, как мерзла она. Узнав по неуклюжей шаркающей походке Ларша, она направилась к нему.

– Проверка окончена? – Его взгляд скользнул с охваченной отчаянием и холодом Хатин на Арилоу, ее мокрое напудренное лицо.

Сглотнув, Хатин кивнула.

– И что? Что сказал инспектор Скейн?

Хатин прикусила изнутри губы и посмотрела ему в глаза.

– Он больше не носит имя Скейн. – Она говорила медленно и с холодной сдержанностью. Глаза Ларша округлились, взгляд потемнел; смысл сказанного потряс его до глубины души.

Старинные предания хитроплетов гласили, что после смерти ты отправляешься в Пещеру Пещер и там платишь за вход Старице.