Очаровательный злодей

На них был изображен юный Джаксен в возрасте до одиннадцати лет. Видимо, тогда они с его матерью и развелись.

Теперь, когда я думала об этом, я не могла подобрать слов. То, что я собиралась сказать, буквально бы разбило моему отцу сердце.

Я знала, что это так.

– Малыш? – наклонил он голову. – Что происходит?

Я должна быть смелой. Я должна сказать ему правду. Даже с учетом всех возможных последствий.

Я облизала пересохшие губы.

– Думаю, я хотела поговорить с тобой о Джаксене.

– Вот как? – Его лицо озарилось гордостью, расплылось в широкой улыбке.

Эта улыбка осветила каждую черточку, глаза наполнились теплом. – Он потрясающий, правда? – сказал папа, оборачиваясь и открывая жалюзи на окне. Я прекрасно знала, кого он увидит там во дворе.

Я тоже видела его, Джакса, который вовсю подстригал траву, вытащив из гаража папину газонокосилку. Из того гаража, в который обычно заходили только садовники.

Все также полуобнаженный и блестящий в теплых лучах солнца, Джаксен работал не покладая рук.

Он вытер лоб и, поймав папин взгляд, приветственно поднял руку.

Папа с улыбкой обернулся ко мне.

– Можешь себе представить, он сам вызвался помочь. Сразу после завтрака. Который сам приготовил. – Папа радостно рассмеялся. – Я сказал ему, что у нас есть садовники, но Джаксен настоял.

Неужели?

Я наблюдала за парнем, который снова опустил голову, продолжив подстригать газон. Его бицепсы двигались, широкие плечи и пресс напрягались на каждом ухабе и камне, попадавшимися на земле.

Папа закрыл жалюзи, и я была счастлива не видеть больше сводного брата.

Моего сводного брата, с которым я переспала. Я подняла взгляд.

– Пап…

– Он тоже назвал меня «папой», – сказал мой отец, продолжая глядеть на закрытые жалюзи. Он потер губы. – Я просто… Не думал, что когда-нибудь услышу это снова. Во всяком случае, не сразу.

Снова…

Ресницы отца взметнулись в моем направлении, и в его глазах я увидела те же эмоции, что слышала в его голосе. Это слово в устах сына растрогало его.

Слово, которое я употребляла каждый день.

Слово, которое я воспринимала как должное.

Насколько я знаю, Джаксен никогда не общался с отцом.

Возможно, он действительно ненавидел только меня. Возможно, он действительно хотел узнать Рика, его папу.

Приемный отец вывел меня из ступора, крепко сжав мою руку. Конечно, он мой папа, который всегда рядом, но у нас никогда не будет того же, что у них с Джаксеном. Тот был действительно его.

Папа улыбнулся.