Очаровательный злодей

Вцепившись в руль, я продолжила: – О том, что случилось вчера.

– А что случилось вчера? – Джаксен даже не взглянул на меня, откинув голову назад, словно собирался поспать.

Я сердито фыркнула.

– Слушай. Кажется, мы начали знакомство не с той ноты.

Он медленно улыбнулся.

– О, я отлично начал наше знакомство. – Парень замолчал и повернулся ко мне лицом. – И, насколько я помню, ты тоже.

Мое сердце учащенно забилось, отзываясь пульсацией в горле. Вот именно об этом я и говорила. Этот парень был как доктор Джекилл и мистер Хайд[6 - Персонажи романа «Странная история доктора Джекилла и мистера Хайда» Р.

 Стивенсона, в котором доктор Джекилл, добродетельный ученый, превращается в своего страшного двойника мистера Хайда. – Здесь прим. ред.]. Сначала он тошнотворно мило общается с моей семьей, помогает по дому и прочее дерьмо, а в следующую секунду осыпает меня оскорблениями. Не говоря уже о физическом нападении, когда он буквально свалил меня с велосипеда, и… занятии любовью.

Он был так нежен тогда.

В ту ночь, когда был ласковым Бреттом.

Это все было ложью, Клио. Ложью.

– Я не понимаю, что сделала тебе. – Молчание в ответ. Я сглотнула. – Нам не обязательно быть друзьями, но мы могли бы поладить. По крайней мере, ради моего папы.

– Твоего папы, – передразнил меня Джаксен холодным тоном. – Ты хочешь, чтобы мы поладили ради твоего папы.

Его голос был полон злобы и горечи. Я покачала головой.

– Тогда ради нашего папы.

В ответ раздался джокерский смех. В Джаксене было что-то от Дэдпула – такой же обаятельный, даже слишком, и все же беспощадный.

Именно это и пугало в нем больше всего – то, каким располагающим мог быть парень, если хотел, пряча при этом за спиной нож.

Которым будет целиться прямо в сердце.

Во всяком случае, в мое. Поменяв положение, парень приподнял очки и снова одарил меня взглядом своих глаз. Таких красивых, таких гипнотически темных. Сказочный Крысолов[7 - Гамельнский крысолов – персонаж немецкой легенды, дудочник, который с помощью чар увел за собой всех детей города в отместку за то, что магистрат отказался заплатить ему за избавление Гамельна от крыс.

] в джинсах и с каменным прессом.

– Хочешь знать, почему мы не можем быть друзьями? – спросил он, не сводя с меня сверкающих глаз, и поднял руку. – Почему мы не можем поладить и быть идеальными сводными братом и сестрой идеальных родителей?

Значит, они Джаксену тоже не нравились… он сам это сказал. Только что, произнес, не скрывая сарказма в голосе.