Очаровательный повеса

Вошла горничная Руфь, очень медленно, поскольку несла тяжелый поднос с едой. Поставив его на стол, она отступила в сторону и с улыбкой сообщила:

– Вот, мисс, Тесс поджарила вам свежую рыбу, к ней подала тушеные бобы и хлеб – его испекли нынче утром.

– Спасибо, Руфь.

Горничная присела в реверансе и выскользнула из комнаты.

Руфь – еще такая юная, почти ребенок, ей всего пятнадцать, – недавно приехала откуда-то из деревни, и для нее пока все здесь новое. Ее милую наивность Эва находила одновременно очаровательной и тревожной.

Голубка, сидевшая в маленькой клетке на столе, заворковала, словно хотела напомнить о себе. Эва взяла несколько зернышек из стоявшего рядом блюдца и просунула сквозь прутья клетки. Птичка сразу начала их клевать.

Эва взяла нож и вилку, но почему-то задумалась. Как тихо и спокойно в ее комнате! Слышен только тихий цокот коготков птички, даже голосов или иных звуков из кухни, расположенной внизу, сюда не доносится.

Закрыв глаза, она легко могла себе представить, что осталась одна на всем белом свете.

Встряхнувшись, она отрезала кусочек рыбы и едва не подпрыгнула от громкого стука в дверь парадного, нарушившего ее воображаемое одиночество.

Эва положила нож и вилку, откинулась на спинку стула и неожиданно для самой себя обрадовалась, услышав громкие гневные мужские голоса. Раздались быстрые шаги Жана-Мари, потом открылась дверь.

Эва улыбнулась. А он, пожалуй, очень упрямый: привык добиваться своего.

Она решила, что, вероятно, должна выйти на лестницу, но передумала. Шаги уже приближались. Вероятно, ему удалось обогнать Жана-Мари.

Она постаралась придать лицу выражение спокойствия и безмятежности – даже искоса заглянула в зеркало оценить результат своих стараний – и опять взялась за нож и вилку. Аппетит ее не покидал даже в самых трудных жизненных ситуациях.

Когда дверь в ее комнату распахнулась, Эва как раз положила в рот кусочек восхитительной рыбы.

– Вы обязаны меня выслушать! – успел прорычать мистер Харт, прежде чем Жан-Мари ухватил его за шею, но ему удалось ловко вывернуться.

Сжав кулачищи, гигант повернулся к телохранителю, но Эва не могла допустить, чтобы Жан-Мари пострадал, поэтому спокойно, не повышая голоса, сказала:

– Мистер Харт! Если вы желаете, чтобы я вас выслушала, прошу не устраивать драку в моей гостиной.