Очаровательный повеса

Видел, как она постыдно утратила над собой контроль, как в одночасье превратилась в маленькую девочку, рыдающую от испуга при виде собаки.

Ах, если бы только время можно было повернуть назад и пережить это утро еще раз! Она бы ни за что не позволила Жану-Мари уйти, и тогда собака не смогла бы проникнуть в кабинет.

Но ведь проблема вовсе не в этом, ведь так? Эва убрала влажный компресс с глаз и уставилась невидящим взглядом в потолок. Она просто не такая, как другие женщины, которые могут свободно гулять, не опасаясь случайно прикоснуться к мужчине или встретить бродячую собаку.

Их никогда не преследовали запахи и странные видения, порой совсем незначительные, но от них она впадала в ступор, а сердце начинало колотиться так, что становилось страшно. Никак не получалось забыть ту ночь, когда ей пришлось спасаться бегством от собак, только ее ожидало куда худшее, чем собаки.

Эва зажмурилась, пытаясь изгнать из памяти воспоминания, картины, звуки и – о боже! – запахи.

Она же сейчас в безопасности, в полной безопасности, хотя ее состояние и далеко от нормального.

Эва слышала тихие голоса внизу: Руфь кому-то говорила, что хозяйка никого не принимает. И только когда ей что-то сказали на кокни, она поняла, что пришел мальчик-посыльный из особняка брата.

Эва встала, пригладила волосы и расправила плечи. Пусть она не такая, как все, но способна держать себя в руках.

Она вышла на лестницу и крикнула:

– Руфь, пусть мальчик поднимется.

Элф появился совершенно бесшумно, словно материализовался из воздуха.

Только что его не было – и вот он уже стоит на ступеньках. Эва вздрогнула. Мальчик двигался с неестественной тихой грацией, несмотря на свою грубоватую внешность. На нем была потрепанная шляпа с широкими полями, надвинутая низко на лоб и почти скрывшая умное наблюдательное лицо, жилет и сюртук не по размеру, болтавшиеся на худеньких плечах.

– Мэм. – Мальчик снял шляпу, продемонстрировав длинные и не слишком чистые каштановые волосы.

 – У меня пакет для вас от его светлости.

Он полез в один из глубоких карманов и извлек оттуда неряшливый сверток, обернутый в бумагу и перевязанный веревкой.

– Спасибо. – Эва осторожно взяла сверток и подергала за веревочку, пытаясь развязать, но тут заметила, с какой тоской смотрит на остатки ее чайной трапезы Элф.

– Ты, может, есть хочешь? Так садись.

– Ага. – Элф быстро сел на соседний стул, налил себе чаю и схватил лепешку.