Очень тесные связи

 – Я скорее удивлюсь, если узнаю, что они не подговаривают Чарльза побыстрее меня арестовать. Ведь тогда они не только получат полную власть над «Кинкейд групп», но и избавятся от маячившего на горизонте ублюдка.

– Во-первых, Чарльза подговаривать бесполезно. Иначе он не арестовал бы жену Реджинальда, которую отпустили только тогда, когда она позволила Каттеру Рейнольдсу рассказать, что в ночь убийства она была с ним и что последние три года они были любовниками.

– Ладно, ты права, – неохотно кивнул Джек. – Вот только это не отменяет того, что за последние пять месяцев подозреваемых осталось совсем немного.

И ко мне полиция присматривается пристальней всего. И я не собираюсь сидеть и спокойно ждать, пока они найдут какие-нибудь неопровержимые доказательства и забросят мне петлю на шею. Так что даже если ты откажешься, то я сам начну искать убийцу.

– Ты практически не оставляешь мне выбора, – нахмурилась Ники.

– А разве я не говорил, что похож на Крейга?

К счастью, при этих словах лицо Ники просветлело, как небо ясным солнечным утром.

– Ты никогда не будешь таким, как Крейг, – заверила она твердо.

В этих словах звучало столько нежности, и Джек даже не нашелся что на это ответить. Зато он отлично знал, что ему стоит сделать, поэтому без лишних слов осторожно притянул Ники к себе и поцеловал, слегка куснул ее нижнюю губу, провел по ней языком, снова поцеловал, неторопливо смакуя ее вкус.

– Я тебе когда-нибудь говорил, что у тебя самые потрясающие губы на свете?

– Нет, – улыбнулась Ники и снова его поцеловала.

– Но они потрясающие. Размер, форма, все идеально. Пухлые и чувственные. И умные. Очень-очень умные, прямо как их хозяйка.

– Что ж, позволь вернуть комплимент, – рассмеялась Ники, – а то я как раз подумала, что у тебя отличные губы и ты мастерски ими владеешь. – Она провела пальцем по его губам, слегка потянув за нижнюю, почти так же, как он чуть раньше. – Ты всегда начинаешь неторопливо, ласково и заманчиво. Вот примерно так… – С этими словами Ники так искусно продемонстрировала свое мастерство, что Джек сразу забыл обо всем на свете и почувствовал, как кровь приливает не к губам, а совсем к другой части его тела.

 – А потом ты проскальзываешь внутрь, так же плавно, как утреннее солнце, встающее над океаном, что окрашивает все в золотые тона. Отнимаешь мое дыхание. Я и сама не знаю, как это у тебя получается, но ты действительно его крадешь. А взамен даришь свое, так что мне по-прежнему есть чем дышать.