Падение хорошей девочки

Ты ничего не знаешь о его личной жизни, кроме школьных сплетен. Кто знает, как там оно на самом деле было?

– Не думаю, что Коннор сильно изменился с тех пор. – Лорелея покачала головой.

– Он живет такой жизнью, которую мы и представить себе не можем.

– Как бы то ни было, я остаюсь при своем мнении. Мне кажется, что он славный парень.

Пришла очередь Виви покачать головой.

– Никогда бы не подумала, что тебя может привлечь в человеке только красивая внешность.

– Закулисные интриги конкурсов красоты дают о себе знать, верно, Виви?

– Ой, да прекрати.

Я же не говорю, что Коннор серийный убийца. Я просто его недолюбливаю.

– Тогда объясни мне почему, – с задумчивым видом Лорелея придвинулась к краю дивана и уставилась на нее. – Я требую ответа. Даже не думай увиливать.

Виви вздохнула, с трудом подбирая слова:

– Ты хочешь сказать, что в твоей жизни нет ни одного человека, которого бы ты недолюбливала? Или того, кто обошелся бы с тобой некрасиво?

– Ну конечно же есть. Но дело в том, что я – это не ты.

Тебе нравится кто-то. Кому-то нравишься ты. Ты единственный человек, кто в моих глазах дотягивает до образа святой. Я не понимаю твоего неразумного, даже скорее детского отношения к Коннору, основанного на старых обидах. – Голубые глаза Лорелеи превратились в две узкие щелки. – Ты мне что-то недоговариваешь? – спросила она с сестринским участием в голосе. – Неужели Коннор?..

Только сплетен сейчас не хватало.

– Нет. Ничего дурного и криминального.

– Еще в те времена, когда ты была «Принцессой Миссисипи», ходили слухи…

– Они едва не стоили мне короны.

Все это полнейшая чушь.

– Клянешься?

– Даю слово.

– Хорошо. Если понадобится, я порву его за тебя.

– Спасибо, дорогая, это вовсе не обязательно. Если бы Коннор заслуживал смерти, я бы уже давно решила эту проблему.

После слов Виви у Лорелеи стало легче на душе.

– Тогда признавайся, что такого он мог натворить? Он дергал тебя за косички в детском саду? Украл твои деньги на обед? Дразнил тебя?

– Ну да.

 – Виви пожала плечами, Лорелея нахмурилась. – Он всю дорогу до Батон-Ружа пел эту песню, которую сочинил про меня, когда мы ездили на экскурсию в восьмом классе.

– Вот в чем дело. Так это все объясняет, – фыркнула Лорелея. – Коннор написал тебе песню. Неудивительно, что ты его так возненавидела.

– Она называлась «Смущенная Виви».

Лорелея вскинула бровь.

– Обожаю тебя, детка, но с тобой и вправду частенько такое бывает.

– Дело не в этом.