Падение хорошей девочки

 – Виви замолчала, Коннор никак не отреагировал. – Я метила на мисс Луизиана и мисс Америка. У меня были отличные предпосылки, титул и репутация. Все играло мне на руку.

– Я как-то об этом не подумал. По твоей работе и не скажешь, что она трудна.

– Знаешь ли, то же самое я думаю о твоей работе, – фыркнула Виви.

Коннор взглянул на свою спутницу с таким выражением лица, словно она сказала что-то из ряда вон выходящее.

– Да ты просто никогда не совершала полугодовое мировое турне.

– А ты никогда не был мисс Луизиана.

– Да будет тебе известно, что это тяжелый изнурительный труд, а не только блеск славы и выход на бис.

– То же самое могу сказать и о конкурсе «Мисс Америка». – Виви чарующе улыбнулась.

Коннор широко распахнул глаза в недоумении.

– А я всегда считал, что надо просто прекрасно выглядеть и хорошо двигаться на сцене.

– Знаешь, твоя толстокожесть нисколько меня не удивляет.

– Вот только не надо изображать из себя жертву.

Виви и сама поймала себя на мысли, что вот-вот обидится, и гордо вскинула подбородок.

– Мне не хватит терпения, чтобы развенчивать в твоей голове стереотипы по поводу конкурсов красоты. Если ты думаешь, что я недалекая и ничего собой не представляю, то это твои проблемы. Меня называли и похуже. Только позволь заметить, что это было много лет назад. Дни, когда на моей голове красовалась корона, давно в прошлом, и теперь мне есть чем гордиться.

– Ты говоришь о своей галерее?

– Именно. – Виви и впрямь очень гордилась галереей и с удовольствием похвасталась бы любому, кто готов был ее выслушать, включая Коннора.

К тому же это весьма нейтральная тема для разговора. – Сначала мне казалось, что пройдет целая вечность, прежде чем я смогу ее раскрутить, однако сейчас дела идут хорошо. Совсем недавно мы взяли шефство над несколькими молодыми начинающими художниками – предоставили им студию и небольшую стипендию.

– Молодец, Виви!

Виви не поняла, был ли в его словах сарказм. Иначе она не упустила бы случая съязвить в ответ.

Она, конечно, допускала, что могла ляпнуть такое, о чем после очень сильно сожалела бы, но любопытство не оставляло ее в покое. С невозмутимым лицом Коннор откинулся на сиденье и закрыл глаза.

– Разбуди меня, когда доберемся.

Я не нанималась ему в будильники. Очевидно, Коннор привык путешествовать в окружении тех, кто готов был ему угождать. Не будь такой чувствительной. Будь на месте Коннора другой человек, такая безобидная просьба ее нисколько бы не смутила.