Пани Зофья. Вы всё перепутали

Правда, он уже несколько раз предлагал мне свою помощь, а я отказывалась, но пусть не надеется, что я всегда буду отказываться! О чем, черт возьми, он думает? Ведь я уже давно не должна жить одна! Сколько можно терпеть такую нищету и постоянно недоедать? Кости на моей заднице так сильно выпирают, что меня запросто возьмут на показы мод, чтобы ходить по подиуму! Однажды в парке Лазенки молодой человек в укороченных брюках сказал мне знаете что? Мол, я такая тощая, что даже утки у меня хлеб не возьмут!

Идя по Медзяной в направлении площади Завиши, я еще раз оглянулась на дыру, оставшуюся от кирпичного дома под номером четыре.

Улица выглядела как беззубая, некогда красивая женщина, которая теперь вызывает всеобщее презрение. Ее выносили почти голой из собственной квартиры. Поправ достоинство. Молодые полицейские вырвали ее из жизни, как дерево, корни которого засохнут прежде, чем кто-нибудь попытается посадить его обратно в землю.

Интересно, куда они собирались нести ее в этих тапочках?

К черту все! С меня хватит.

Мне нужен отдых и покой. А ведь я еще не была в том новом доме, куда переехал с окраины мой сын, хотя он говорил, что там есть комната лично для меня. Вроде бы он подготовил для меня кровать со специальным шведским матрасом. Как будто я не могла спать на обычном, китайском.

Раз в неделю к нему даже приходила какая-то женщина убираться. Мы могли бы с ней мило поболтать за чаем. Раз она ходит по домам, то могла бы рассказать, как другие живут.

Это было бы довольно приятно.

На автобусной остановке стояла толпа. Пожилые и молодые. Брюнеты и блондины. Низкие и высокие. Толстые и еще толще. Каждый что-то искал в телефоне. Неудивительно, ведь телефоны теперь делают все более сложными, да я и сама уже ничего не могу найти.

Наконец автобус показался из-за поворота, однако резко затормозил, потому что какие-то люди вышли на зебру. Чтоб их! Можно было бы уже сесть, но нет, этим приспичило так медленно тащиться через дорогу.

Когда автобус подъехал к остановке, настал ключевой момент веселья. Нужно было хорошенько подготовиться к посадке, иначе можно было остаться на ступеньках или, в худшем случае, вообще не попасть внутрь. Я заняла неплохую позицию во втором ряду за женщиной с авоськами. Я предположила, что она, скорее всего, двинется вперед, а я пристроюсь за ней.

Двери открылись. Старт. Я не ошиблась. Она пошла как таран.