Парадокс страсти. Она его любит, а он ее нет

У меня не оставалось времени, чтобы помогать ей, но ведь и мне приходилось нелегко, и ее тоже не было рядом со мной. В Бет росла обида, во мне тоже.

Эмоциональную энергию, вкладываемую Майлсом в новый ресторан, следовало откуда-то брать, и главным ее источником стали отношения с Бет. Однако Бет сама как никогда нуждалась в поддержке. Она оставила престижную работу и стояла перед выбором, характерным для столь многих женщин ее поколения: отказаться от карьеры или смириться с тем, что большую часть дня за ребенком будет ухаживать чужой человек? До родов Бет планировала сидеть дома три месяца и вернуться к работе, но теперь ей хотелось растить Хлою до года и как можно скорее завести еще одного ребенка.

Как и многие мои клиенты, в начале отношений Бет и Майлс твердо хотели быть на равных: ни один партнер не может доминировать, у обоих должно быть место для не связанных с семьей амбиций, вторая половинка должна поддерживать стремления партнера, а всю неприятную работу по дому надо делить пополам.

Но, как это обычно бывает, ответственность за дом и воспитание детей легла на женщину – Бет. Майлс вечно занят в ресторане, ему не надо было выбирать между ребенком и карьерой, и он не чувствовал по этому поводу вины, гнева или отчаяния. Поскольку Бет оказалась в роли матери и домохозяйки, Майлсу, как и большинству мужей, досталось более привлекательное и социально устойчивое положение мужчины, летящего к вершинам карьеры.

Неустранимые различия в образе жизни жен и мужей создают благодатную почву для парадокса страсти. Более низкий статус материнства в нашем обществе вместе с социальным давлением, вынуждающим мужчин стремиться к супердостижениям, часто разрушает гармонию между в общем равными партнерами.

Потеря власти в отношениях начала сказываться на Бет вскоре после начала декретного отпуска.

Я оказалась совершенно не готова к тому, что уход с работы будет таким шоком. В декрет я вышла за две недели до родов, а надо было за месяц. К концу последней недели я просто сходила с ума. Я набрала 25 килограммов и стала похожа на кашалота.

При моем появлении в ресторане все умолкали. Я ощущала двойной удар по своему статусу: я по сути не только была безработной, но и выглядела толстой и усталой.