Досадная ошибка

Такая картина не могла бы вдохновить даже утонченного ценителя скандинавских постимпрессионистов с их серой мазней, вправленной в золотые рамы… Стоп! Неожиданная догадка нарушила ход моих невеселых мыслей.

Я отвернулся от окна и огляделся. Мимо меня шел ученик музыкальной школы, на ходу листая нотную тетрадку. Я остановил его за плечо:

– Эй, ниньо, а где тут у вас красный уголок?

Мальчик поднял на меня округлившиеся глаза.

– Туалет там, – он показал пальцем направление, – в конце коридора.

Я мысленно чертыхнулся из-за своей оплошности: бедное потерянное поколение, как ему жить дальше? Мы, «сорокалетние старики», совершенно отстали от современной жизни.

Ну откуда нынешним детям знать, что такое красный уголок?

Я постарался исправиться:

– Извини, я хотел узнать, где музей? – Еще большее удивление отразилось в глазах смышленого мальчика, и я поспешил с объяснениями, пока он не послал меня куда-нибудь подальше туалета: – Не краеведческий музей. У вас в школе ведь есть свой собственный музей? Или хоть какая-нибудь комната с экспонатами, стендами и стенгазетами?

– А-а, – понимающе ответил он.

 – Во-он в том зале у нас проходят торжественные линейки, – мальчик показал пальцем на двустворчатую дверь, следующую за кабинетом Бараниной. – Там много чего есть такого…

– Спасибо, ниньо, и не пропускай линейки, это пригодится в жизни, – поблагодарил я его, уже шагая в указанном направлении, окрыленный догадкой – все просто: такое исторически значимое для дворца культуры событие, как навешивание мемориальной доски на фасад, не могло остаться не увековеченным на фотобумаге!

Дверь в актовый зал оказалась не заперта.

Зал был размером с директорский кабинет. В центре, перед полукруглым возвышением сцены, ровными рядами стояли стулья, стулья, стулья… Лишь вдоль стены, чередуясь с колоннами, да в простенках между окнами были расставлены застекленные выставочные витрины. Экспонаты меня не интересовали, и я вглядывался в фотографии на стенах, быстро переходя от одной к другой.

Я задержался напротив серии фотографий под общим заголовком: «Свято чтим и помним». На центральном фотоснимке была запечатлена группа из дюжины женщин, выстроившихся в ряд перед колонной у входа во дворец культуры, на которой красовалась тетеревская доска. Яркое солнце залило всю площадку перед входом – был погожий весенний день. Лица у женщин были радостными. Все улыбались. Среди них я узнал лишь луноликую Баранину да гардеробщицу в вылинявшем тиаре.