Странный звонок

Я думаю, очень много денег, – глядя куда-то в потолок, соврала Люся, набивая себе цену.

Костик облизал пересохшие тонкие губы и шумно сглотнул… На самом деле мужчину звали Кшиштоф, а фамилия у него была Шкурко. Но столовский народ для простоты называл его на свой лад – Костя. А некоторое звали его просто Кость, что удачно сочеталось и с его фамилией, и с профессией мясника. Но Кшиштоф не обижался на это. Его вообще мало что заботило в этом мире, кроме мяса, денег и еще некоторых вещей, приобретаемых за эти самые деньги, что тешили его гордыню и приносили чувственное удовольствие.

Двигаясь вверх по шершавому бедру поварихи, рука мясника скрылась под халатом.

– Большим людям – большие деньги, да, Люсёк?

Люся хихикнула, как гадкий ребенок:

– А что? Достойная девушка должна жить достойно.

Аппетитные формы поварихи не оставили мясника равнодушным. Он снова распалился.

– Иди ко мне. – Костик грубо обнял ее за то место, где обычно у стройных женщин находится талия, и с легкостью привлек к себе.

Люся, охнув, припала к груди Костика. Их губы слились в страстном поцелуе. Неожиданно Люся отстранилась от Костика, упираясь рукой во что-то твердое внизу его живота.

– Ты меня любишь? – капризным голосом спросила она, начав поигрывать Костикиным все более затвердевающим и распрямляющимся предметом. – Или ты любишь только деньги?

– Люсёк, да я тебя просто обожаю! Я даже без тебя… я… я не представляю себя!.

. Ну а деньги есть деньги…

Костик, продолжая одной рукой бродить под Люсиным халатом по ее обширной огузочной части, свободной рукой ловко расстегнул все четыре пуговицы. Туго обтянутая халатом плоть поварихи буквально вырвалась наружу – ее небольшие, высокие груди и объемный живот как будто только того и ждали. Халат распахнулся так же, как лопается кожура на переваренной сардельке, и Костик сорвал его с Люси, скомкал и отбросил в сторону. Люся предстала перед Костиком беззастенчиво обнаженной, во всем своем естестве.

Не испытывая ни малейшего стеснения, Люся, неожиданно резво для своей корпуленции, оседлала Костика верхом. Глаза мясника заблестели, жадно блуждая по интимным местам девушки. Он выбрал две самые аппетитные на его вкус части и потянулся к ним своими ужасными ручищами.

Довольная улыбка растянула Люсины раскрасневшиеся щеки. С Костиком она чувствовала себя на седьмом небе от счастья.