Песня, призвавшая бурю

Мне, кстати, давно было интересно, как вакары-часовые могут выносить эту пытку на протяжении всего дня.

– Двигайся быстро, с дороги никуда не сворачивай, а ночью поищи убежище, – проговорил Шрам так тихо, что даже я с трудом его поняла. Одновременно с этим он набросил мне на плечи накидку, которую стащил у Собирателей света. – Я бы проводил тебя, но не могу оставить свой пост. Приходи как-нибудь снова, чтобы я просто знал, что ты еще жива.

О, вот это было совсем нехорошо. Слишком близко, слишком интимно, слишком недвусмысленно.

Но как можно было отказаться от его подарка, не ранив при этом его чувства и гордость? Даже для людей отказ был чересчур рискованным. Как бы отреагировал на это вакар?

В этот момент к нам подошел великан-медведь в шубе. Бахвал или нет, а смелости Рукашу было не занимать.

– Простите, достопочтеннейший, здесь, видно, произошла ошибка! Это не ваша накидка. Это собственность гильдии Собирателей света и…

Шрам оглянулся, и его глаза недобро блеснули. Большего и не требовалось – парнишка моментально умолк.

Беззвучно, будто из ниоткуда, появились еще двое вакаров в черном. Наверняка оба были из скалла Шрама. Один встал перед Рукашем, и парень сжался от испуга. Вторая – высокая женщина с тяжелым арбалетом – пыталась понять по поведению своего сотоварища, что происходит.

Наконец она перевела взгляд на меня. У нее были светло-серые глаза.

– Ну-ка, покажи карманы!

– Это совершенно необязательно, – вмешался Шрам. – Я ее знаю. Девочка ничего не скрывает.

– Но Сир сиров приказал…

Шрам внезапно налетел на нее и прижал к стене ворот. Его реакция была настолько стремительной, что я даже сообразить ничего не успела. Он обнажил клыки, остановившись в паре сантиметров от лица женщины, и глухо зарычал, отчего мне стало совсем не по себе. В этот миг вакар больше напоминал зверя, чем человека.

– Ты сомневаешься в моих словах? – его голос звучал так, словно мог разрезать стекло.

И хотя Темная охотница возвышалась над ним на полголовы, сразу же стало ясно, что по рангу выше он.

Она опустила глаза и прошептала:

– Никак нет, сир.

Боги милостивые, так Шрам – сир своего скалла?!

Что ж, пожалуй, сейчас это меня и спасло, но знай я об этом раньше, в жизни бы не обратилась к ним за помощью. Ни за что на свете! Чем могущественнее был кто-то, тем страшнее будет его гнев. У меня могли быть крупные неприятности. Больше всего на свете мне хотелось сбросить накидку и улепетывать поскорее от этого места.