Пират. История фокстерьера, рассказанная им самим

Но бедная кошка…

Что?! Лукас отворачивается от меня? Он заодно с Дейзи?

– Тебе ее жалко? – спросил его отец и улыбнулся.

– Нет-нет, – покраснел мальчик. – Кошки – жадные воришки. А еще они лазают по деревьям и едят птенцов…

Да, точно, кошки едят птенцов! Как хорошо, что Лукас об этом вспомнил и избавил меня от мучительного сомнения, которое закралось во мне после его первых слов. Конечно, все кошки – воришки, их всех нужно перебить! И я всех их передушу.

С легким сердцем я подбежал к Дейзи и сказал ей:

– Кошки едят птенцов, тетушка!

– Так и собаки их едят, если им удается их поймать, – невозмутимо ответила она.

 – Только, в отличие от кошек, собаки не умеют лазить по деревьям.

Я разозлился.

– Мы никогда не едим птенцов! – закричал я. – Для нас это неприемлемо!

Дейзи тоже рассердилась.

– Ты как та лисица, – закричала она мне в ответ, – которая говорила «зелен виноград…»!

Остальное я не расслышал.

– Сама ты зеленая! – со злостью ответил я.

Я отвернулся и пошел в конюшню: мне хотелось поговорить с моим другом Бобом.

Глава 8

Звездочка и Офицер

Боб стоял в стойле и ел.

– А, вот и ты! – Он повернул голову и радостно ударил копытом об пол. – Заходи, я хочу кое о чем тебя попросить!

У меня тут же улучшилось настроение.

– Сделаю все, что пожелаешь, – ответил я, забежав в его стойло. – Для тебя в лепешку расшибусь.

– Тогда поймай ради меня вон того феллаха. – И он кивком указал на большую мышь, которая сидела на деревянной перегородке, разделяющей стойла, и в страхе смотрела на нас.

 – Он страшно меня донимает. Постоянно залезает ко мне в кормушку и не понимает нормальной речи.

И он еще раз кивком указал на мышь, которая спрыгнула на пол и уже собиралась скрыться у себя в норке. Но не успела, бедняжка. Вы бы и до трех не успели сосчитать, как она уже отправилась в загробный мир.

– Молодец, Пират! – радостно сказал Боб. – Если тут появится еще какая-нибудь мышь, сразу буду звать тебя.

– Сколько угодно, – ответил я, запрыгнул в его кормушку и удобно там улегся.

 – Главное, чтобы ты был один.

В двух соседних с Бобом стойлах стояли две другие лошади, обе вороные, Офицер и Звездочка. Офицер следил за нами, весело улыбаясь одними глазами. Сейчас он вытянул морду поверх деревянной перегородки и спросил:

– Отчего такая враждебность? Чем мы тебе не угодили?

– Я говорил не о тебе и не о Звездочке, – ответил я. – Вы мне очень даже угодили, и вас я люблю. А вот Дейзи – нет.