Пламя

 – Он перевел взгляд на Джекса, потом опять на меня и тихо закончил: – Тэйт лишь недавно завела отношения кое с кем.

Сердито глянув на него и стараясь не повышать голоса, я спросил:

– С кем?

– Во время весенних каникул она стала встречаться с Беном Джеймисоном.

Господи, Бен Джеймисон!

– Насколько мне известно, – продолжил Мэдок, – они решили не торопиться. У них пока ничего серьезного.

Я заметил, что Паша увлеченно наблюдает за разыгравшимся перед ней спектаклем.

– Чего уставилась? – проворчал я.

Девушка забросила мармелад в рот.

– Это лучше, чем сериалы.

Скрестив руки на груди, я заставил себя дышать ровнее и опустил голову.

– Если Тэйт хочет его, – сообщил я Мэдоку и Джексу невозмутимым тоном, – значит, пусть будет с Джеймисоном.

Мой друг горько рассмеялся.

– Снимай штаны.

Я вскинулся.

– Зачем?

– Затем, что я хочу посмотреть, как выглядит мужик с киской.

Мать твою… Подойдя к нему вплотную, я гневно посмотрел на Мэдока.

Он немного отступил, но позиций не сдал, сверля меня взглядом, словно хотел пробурить дыру в моей голове.

Джекс втиснулся между нами и оттолкнул меня назад.

– Паша, – обратился Джекс к моей ассистентке, встав передо мной, скрестив руки на груди и смотря мне в глаза, – в машине моего брата, на зеркале заднего вида, висит талисман с отпечатком пальца?

Я перевел взгляд на него.

– Да, – ответила она. – А когда Джаред на байке, то надевает его на шею.

Брат продолжил, раздражая меня своей самодовольной ухмылкой.

– Он избегает блондинок как огня?

Сглотнув, я услышал Пашино фырканье.

– Терпеть их не может, вообще-то.

– У него есть практически нездоровая одержимость группой Seether? Особенно песнями Remedy и Broken?

– Я обязана следить за тем, чтобы они были включены в каждый плей-лист, – заявила девушка, повторив мое распоряжение.

Проклятье.

Джекс опустил подбородок, с вызовом посмотрев на меня.

– Мы можем препираться так неделями. То ты хочешь ее, то ненавидишь.

В один день жить без Тэйт не можешь, на следующий – презираешь. Пока вы будете метаться туда-сюда, вашему окружению будет проще удавиться. Но позволь мне спросить, – он укоризненно приподнял брови, – что бы ты сделал, если бы Тэйт сейчас оказалась в своей комнате и лежала на кровати, укутанная в одну лишь простыню? Где бы ты хотел находиться?

Мое лицо вытянулось, но по венам разнесся жар от мысли о ее теплом теле, уютно устроившемся под одеялом.