Пламя

Все с дороги! – выкрикнул Роумэн и побежал к своей машине.

Восторженно шумя, люди рассыпались по обочинам, освобождая место для его «транс ама» и моего мотоцикла.

Я же просто стоял как вкопанный, гадая, что сейчас произошло. Парней вроде Роумэна я стирал в порошок. Это не гонка. Одна только маневренность байка являлась несправедливым преимуществом.

– Что ты ему пообещала? – спросил я у проходящей мимо Тэйт.

– Я пообещала, что он победит, – заявила она, обернувшись, и пошла вслед за Беном.

Направившись за ними, я сказал:

– Нет такой планеты, на которой Роумэн способен победить спортбайк или меня.

Протянув руку, Тэйт сняла мой шлем с рукоятки и швырнула его мне.

– Надевай, займи позицию на старте и докажи это.

Она выглядела так уверенно, спокойно и равнодушно. Мне это не нравилось, совсем.

Я скучал по своей Тэйт: тигрице, которая давала отпор и улыбалась от счастья, а не потому, что планировала меня помучить. Эта новая, невозмутимая и расчетливая, женщина немного пугала.

Она отошла в сторону, а я перекинул ногу через свой байк, завел мотор и газанул. Пронзительный рев заглушил весь остальной шум. Подъехав к стартовой линии, я пристроился рядом с роумэновским «понтиаком транс ам» 2002 года.

Мне нравились гонки. Хоть «Петля» и не сравнится с привычными для меня треками, мое сердце все равно колотилось словно двухтонный молот.

Ко мне подошел Джекс и установил две GoPro-камеры на руль. Одна была направлена на трассу, другая – мне в лицо.

– Она изменилась, – отметил я, надев черный шлем.

Брат кивнул, не отрываясь от своего занятия.

– Ее теперь определенно сложнее впечатлить, так что тебе пора улучшить свою игровую стратегию.

Я не хотел улучшать стратегию, вообще не хотел никаких игр. Мне просто хотелось увезти Тэйт куда-нибудь, где мы могли бы поплакать и выяснить отношения. Я даже позволил бы ей ударить себя, лишь бы в конечном итоге она оказалась в моих объятиях и смотрела на меня своими глазами цвета грозового неба с отчаянным желанием, утолить которое мог только я.

Почувствовав, как чья-то рука сжала мое плечо, я обернулся и увидел Тэйт, тоже оседлавшую мой мотоцикл.

Какого?..

– Что ты делаешь? – рявкнул я, пока она надевала на голову полушлем Фэллон.

– Еду с тобой, – прощебетала девушка. – Это часть сделки.

– О, черт, ничего подобного! – прорычал я, хмуро уставившись на нее. – Это слишком опасно.