Пламя нашей любви

Он слегка ссутулился и наклонился вперед, словно хотел забыть о чем-то. Когда он снова посмотрел на нее, тень той печали, которую Делла заметила прежде, снова была в его глазах.

– Да, я купил розу и заказал коктейль для одного человека. Это был особенный человек.

– Был? – повторила Делла. – Так вы…

– Что?

– Вы не вместе?

– Нет. – По его лицу нельзя было сказать ничего о том, что он думает или чувствует.

Делле хотелось узнать что-нибудь еще об этой женщине, но по тому, как он вел себя, она поняла – не стоит этого делать.

В конце концов, это не ее дело. Достаточно уже и того, что она вызвала у него неприятные воспоминания. Кем бы ни была эта женщина, она уже не часть его жизни – это ясно. Как ясно и то, что ему очень плохо от этого.

Эта мысль как-то слишком глубоко задела Деллу. Почему? Она больше никогда не увидит Маркуса. Поэтому, если он любит кого-то, это не может иметь для нее никакого значения. И чем меньше она будет знать о нем, тем лучше.

Проще будет его забыть.

Даже если он из тех мужчин, которых женщины никогда не забывают.

Хотя Делла твердо решила сменить тему разговора, Маркус вдруг неожиданно сказал:

– Я знал, что она не придет сегодня. Но я все равно купил розу и заказал коктейль для нее. Я не мог по-другому… Она всегда опаздывала, – вдруг добавил он как-то особенно нежно. – Если бы я не сделал этого, это было бы чем-то вроде предательства, по-моему… – Он неожиданно замолчал и посмотрел на Деллу.

Он больше не казался мрачным. – Вообще-то это какая-то невероятная сентиментальность с моей стороны. Так что я один. – Он сделал значительную паузу и спросил: – А вы?

Это был самый тяжелый вопрос для нее. Конечно, она одна – в том смысле, который Маркус имел в виду. В этом смысле она была одна уже почти год. А тот, с кем она была до этого, Иган Коллинвуд… Лучше бы его вообще не было. И не только потому, каким он оказался.

Но на самом деле Делла не одна. Правда, совсем в другом смысле.

Она с Джеффри. По крайней мере, сейчас. А пока она с Джеффри, она не может быть ни с кем.

Ничего этого она не могла рассказать Маркусу, поэтому поднесла к губам бокал шампанского и сделала глоток. Он продолжал вопросительно смотреть на нее – и она сделала еще один глоток. Еще один. И еще один. Пока – кто бы мог подумать? – бокал не опустел. Однако когда она поставила бокал на стол, Маркус тут же наполнил его до краев.