Повод для беспокойства

– Ты издеваешься? – спросил Рэй.

Джейми вздохнул:

– Кэти хорошая. Только характер у нее тяжелый. Если ей чего-то не хочется, то ее не переубедишь. А если она выходит за тебя замуж, значит, она этого хочет.

Дрель соскользнула со столешницы и рухнула на пол с таким звуком, как будто разорвался минометный снаряд.

25

С Джорджем что-то случилось. Джин заметила неладное однажды вечером, когда вошла в гостиную и застала мужа под креслом в поисках пульта от телевизора.

– Что ты делала? – спросил он, вставая.

– Писала письмо.

– Кому?

– Анне. В Мельбурн.

– О чем?

– О свадьбе. О твоей студии. О том, как новые жильцы переделали ее бывший дом.

У Джорджа не было привычки говорить с женой о ее родственниках, интересоваться, что она читает, обсуждать покупки. А в тот вечер он засыпал ее вопросами. И когда наконец заснул, то, видимо, от усталости. Они лет двадцать не вели долгих разговоров.

На следующий день странности продолжились. Если Джордж не работал над студией в дальнем углу сада и не слушал Тони Беннетта вдвое громче обычного, то всюду ходил за ней как тень.

Когда Джин поинтересовалась, что на него нашло, Джордж заявил, мол, они мало общаются. И правда, подумала она, надо бы уделять ему больше внимания. Однако все равно испугалась.

Прежде ей хотелось, чтобы он стал более открытым. Но не так же резко! Как будто головой ударился. Существовала и другая сторона вопроса. Одно дело – видеться с Дэвидом, когда Джордж не обращает на нее внимания, и совсем другое, когда он ходит за ней по пятам.

Правда, слушал он не очень внимательно. Как Джейми в четыре года. «Лягушонок хочет поговорить с тобой по телефону! Садись на диванный поезд, сейчас начнется!» Только бы привлечь внимание. Перед тем как улечься в постель, Джордж вышел из ванной с палочкой для чистки ушей и спросил, нормально ли, что в ухе собирается столько серы.

А вот Дэвид умел слушать. Он проявлял настоящий интерес. На следующий день они сидели у Дэвида в гостиной с распахнутыми настежь панорамными окнами.

Он рассказывал о своей коллекции марок.

– Остров Джерси во время нацистской оккупации. Зулуленд 1888 года, бледно-зеленая, один шиллинг. Перфорированные, не перфорированные. Перевернутые водяные знаки… Бог знает, чего я хотел достичь. Своего рода бегство от реальности. Они до сих пор где-то валяются.

Мужчины любят делиться знаниями. Как доехать до Уисбека. Как разжечь костер. А Дэвид вел себя так, как будто это Джин все знает.

Он закурил сигару.