Под палящим солнцем

Река выходит из берегов, набухшая от дождей, которые шли несколько дней назад в тысячах километров севернее. Нэйтан показал в окно.

– Во время наводнения почти все это уходит под воду. В некоторых местах река растекается на десять километров. Передвигаться можно только на лодке. Дома и весь город построены на возвышенности, но дороги полностью исчезают.

Ладлоу был потрясен.

– И как же вы выбираетесь?

Нэйтан услышал смех Ксандера.

– Никак. Большинство собственников оказываются на островах. Однажды я так застрял сразу на пять недель.

– В одиночестве?

– Угу, – ответил Нэйтан. – Но это ничего. Нужно только заранее подготовиться. А что делать? География.

Он посмотрел на красную землю, которая расстилалась перед ними. Сложно было представить, что миллионы лет назад это было дно огромного внутреннего моря. Кости водоплавающих динозавров находили раньше в этой земле, и до сих пор в пустыне были места, где насыпи древних ракушек жарились на солнце. Нэйтан вспомнил, как они с Кэмероном ходили на охоту за динозаврами, когда были мальчишками, с лопатами и мешками, готовые набить их костями.

Прошли годы, наступила очередь Ксандера, и Нэйтан закапывал пластиковых динозавров, которыми были забиты все его карманы, на случай, когда поиски настоящих – неизбежно – заканчивались неудачей.

Сержант опять писал в блокноте.

– Кто ваши соседи? – спросил он.

– Ближайшая собственность – Этертон. – Нэйтан указал на северо-восток. – Город южнее от него, и есть еще пара владений к востоку.

Вторая по величине ближайшая ферма – Кирраби, она граничит со мной. Сейчас принадлежит одной компании.

А раньше была семейной собственностью. Конкретно принадлежала она тестю Нэйтана. Бывшему тестю, поправил он себя, потому что так ему нравилось гораздо больше. Нэйтан затормозил, когда они доехали до нужного места в заборе. Ксандер выпрыгнул, открыл ворота, и они снова оказались на земле Кэмерона.

– Уже недалеко, – сказал Нэйтан Ладлоу.

– Вы что-то говорили до этого о том, что ваш брат хорошо знал это место с могилой? – сержант повернулся к нему.

 – Довольно странно ездить туда для времяпровождения.

– Дядя Кэм нарисовал могилу стокмана, – сказал Ксандер, залезая обратно в машину. – Он, можно сказать, его прославил, ну в этих местах, по крайней мере.

– Вот как?

Нэйтан кивнул.

– Он, конечно, любитель – то есть был любителем – но рисовал довольно неплохо. Начал, когда мы были еще детьми.