Подарок судьбы

 – Вы приехали один, милорд, или привезли с собой слуг?

– Разумеется, привез: камердинера, секретаря и двух лакеев.

Похоже, раз задает такие дурацкие вопросы, она все еще считает его Коном, обычным парнишкой, с которым встречалась на вересковой пустоши или на берегу моря, с которым лазала по окрестностям и говорила обо всем на свете. Они забирались в пещеры, шлепали босиком по лужам, а однажды отправились купаться почти без одежды, что и закончилось их грехопадением…

«Теперь он граф, – сказала она себе. – Не забывай об этом.

А это его поместье, где ты всего лишь экономка».

– У вас два лакея? Это весьма кстати. Старый граф не любил, чтобы в доме была мужская прислуга, а я не успела никого нанять.

– Это не ливрейные лакеи. Считайте их грумами.

«Считайте»? Тогда кто же они: солдаты, шпионы? Ей хотелось незаметно ускользнуть, чтобы предупредить Дэвида, хотя это было бесполезно: сегодня уже ничего не сделаешь. Да и можно ли вообще что-нибудь сделать? Попытайся они причинить вред графу, неизбежно навлекли бы на себя гнев нации.

К тому же ведь кто-нибудь мог столкнуть и его с утеса…

Сьюзен, не задумываясь, шагнула на узкую лестницу, которой пользовались слуги, но тут же вспомнила, что он идет следом и, возможно, сочтет ниже своего достоинства ходить по черной лестнице. Но, увы, уже ничего не изменишь. Она ощущала его присутствие за спиной, и это заставляло ее нервничать. По рукам пробегали мурашки. Сразу вспомнилось, как он уложил ее на лопатки и обезоружил, а ведь и ее Бог ни ростом, ни силой не обидел, да и в ловкости она не уступит мужчине.

Возможно, так оно и есть, только вряд ли кто-то всерьез станет мериться с ней.

Как дочь прежнего капитана Дрейка и сестра нового, она была практически неприкасаемой персоной на этом участке побережья… до сегодняшнего дня.

Она открыла дверь в южный коридор, стены которого были окрашены под рустику, и он произнес у нее за спиной:

– Вижу, что милый старый дом не изменился.

– Нет, кое-какие изменения есть. Возможно, вы не заметили в темноте, но на водосточных трубах новые горгульи.

Здесь появилась также камера пыток, – заметив его удивленный взгляд, она пояснила: – Нет, граф не употреблял ее по назначению, разве что иногда пугал кого-нибудь из гостей. Восковые фигуры для нее он заказывал у мадам Тюссо.

Она ожидала, что он возмутится, прикажет немедленно разрушить эту камеру, но он просто напомнил:

– Итак, ужин и ванну, миссис Карслейк.

Она повернулась, задетая его холодностью.