Поколение свиней

Поколение свиней

Хантер Стоктон Томпсон

Чак Паланик и его бойцовский клуб

В 1986–1988 гг. Хантер С. Томпсон, знаменитый автор «Страха и отвращения в Лас-Вегасе», вел еженедельную колонку в «San Francisco Examiner». Статьи, собранные под этой обложкой, – это летопись жизни Поколения свиней, чьи злые дела чувствуются во всем: от дела «Иран-контрас» до сообщений в СМИ об урагане «Глория»; от аппаратов для измерения артериального давления до Суперкубка; от чудовищ, которые управляют Денверским аэропортом, до разгула телепроповедников.

Несравненный «доктор Гонзо» проделал немалый путь в поисках разумной жизни, а вместо нее обнаружил лишь полное безумие.

Хантер С. Томпсон

Поколение Свиней

Hunter S. Thompson

Generation of swine

© The Estate of Hunter S. Thompson, 1988

© Перевод. В. Б. Скобин, 2012

© Издание на русском языке AST Publishers, 2018

Марии Кан и Дэвиду Маккамберу, двум остальным ножкам нашей трехножки

Отворяй врата, погост, —

Вильям Йейтс – почетный гость!

Бесстиховно в твой приют

Лег Ирландии сосуд.

Время, коему претит

Смелых и невинных вид,

Краткий положив предел

Совершенству в мире тел,

Речь боготворя, простит

Тех лишь, в ком себя же длит;

Трус ли, гордый ли – у ног

Полагает им венок.

Время, коим был взращен

Редьярд Киплинг и прощен —

И Клоделю все простит,

Ибо слог боготворит[1 - Перевод А. Эппеля.].

    У. Х. Оден. Из «Памяти У. Б. Йейтса»

Введение

И дам ему звезду утреннюю.

Это тоже из «Откровения» Иоанна Богослова. Я украл оттуда много цитат, мыслей и просто изящных звездных вспышек слова, больше, чем из любого другого источника, – не потому, что я большой знаток Библии, и не по причине религиозности, а потому, что я люблю дикую мощь языка «Откровения» и чистоту безумия, которая правит им и создает его музыку.

Кроме того, я провожу много времени в дороге, беру напрокат пишущие машинки и мучаю факсы в чуждых мне отелях; я всегда слишком далеко от своей большой домашней библиотеки, слишком далеко, чтобы дотянуться до мудрости, той мудрости, которая, как я иногда внезапно осознаю – душной ночью в Майами, или в холодный День благодарения в Миннеаполисе, – необходима мне как воздух, но я не могу ждать; четыре-пять часов – предел отпущенного мне времени.

В эти моменты богатство домашней библиотеки недосягаемо для меня.

Походная жизнь накладывает свои ограничения.