Подлежит удалению

Единственная лампочка была вывернута давно.

На этаж выше укромно затаился забытый всеми пыльный закуток. Именно в замкнутых, тесных пространствах, я чаще всего чувствовал себя мёрзло. В конце лестничного пролёта маячит ещё одна дверь и то за счёт щелей и просветов. Дефицит дневного света блекло отражает еле различимые черты стен. Отчасти, можно найти некий… шарм, загадку или потаённость, но идти в сумерках вечно спотыкаясь, раздражает больше всего. Только светоч надежды во всём полумраке помогает не разбить нос.

Понять, насколько вокруг пыльно, можно лишь случайно прикоснувшись за поручень. Толстенный слой грязи на ладони как бы намекает – убирались здесь явно очень давно. В прошлом веке. Каждый коротенький шажочек, преодолевает ступеньку за ступенькой практически в кромешной темноте, аккуратно стараясь ни на что не наткнуться. Скрип при этом издаётся противный. Меньше всего бы хотелось испачкаться или ненароком провалиться вниз. Приходится подыматься чуть ли не на ощупь, однако мучения заканчиваются быстро.

Обычно… я не ощущаю тонкие материи мира вещей, хотя природа в данный момент немного подсобила. На крыше чувствуется намного лучше, чем на земле. Это место для меня – значит гораздо больше, чем просто обыкновенная площадка наверху. Именно там мысли расплетаются из запутанного клубка. Память изредка подводит, но не это главное. Впечатления от долгожданного вознесения, кажутся тем самым праздничным тортом, от куска которого быстро пресыщаешься.

Не прошло и минуты, как мир снова кажется блеклым и унылым. Скучным. Однообразным. Не этого я ожидал, честно говоря. Вот так каждый раз на пустом месте ошибаюсь… Я уже раньше упоминал, почему именно сбегал сюда. Ни красота земли с высот, ни вид чудесного неба глазу, особо никогда не прельщали. Я сбегал, чтобы уединится и спрятаться от всех… Ну и поспасть. Картина давно уже смотрится неполноценной.

Вокруг ничего особенного. Деревья, трава, поля, небо и малюсенький, пустой пятачок, среди больших, серых крыш. Обрывки памяти самопроизвольно складываются в ностальгирующий мотив. Вновь становиться грустно… Я не помню ни её глаз, ни волос, ни слов, ни истины. Её вырвали из моей памяти, оставив только имя. Из ниоткуда взятое имя, смешивается с сотнями, тысячами, миллионами схожих других имён.