Помнишь ли ты…

– Он не старик, – рассеянно возразила Диана, скользя взглядом по шеренгам банок с домашними консервами на полках. – Коул редко рассказывает о себе, но я знаю, что он учится в колледже и вынужден подрабатывать, чтобы закончить учебу. – Диана искоса посмотрела на бабушку, которая уже складывала жареные куриные грудки и тушеные овощи в большую пластиковую банку. – Бабушка, можно я возьму компот из персиков и немного варенья?

– Конечно, можно. – Миссис Бриттон вытерла руки и подошла к шкафу, чтобы помочь Диане.

Расправив бумажный пакет, она положила туда три банки варенья.

– В прошлый раз, когда я угостила Коула твоим земляничным вареньем, – вспомнила Диана, – он сказал, что оно гораздо лучше конфет, а он без ума от сладостей.

Разрумянившаяся от этой похвалы изголодавшегося незнакомца, миссис Бриттон гордо присовокупила к угощению еще четыре банки земляничного варенья, а затем направилась к столу.

– Если он любит сладкое, пусть непременно попробует пирожки с черникой. Они очень полезные и питательные.

 – Бабушка взяла с блюда полдюжины пирожков. – Да, и обязательно угости его ореховым печеньем, которое я испекла вчера.

Когда бабушка разыскала второй бумажный пакет и снова шагнула к стенному шкафу, Диана остановила ее:

– Я бы не хотела, чтобы он считал это милостыней, бабуля. – Виновато улыбнувшись, она добавила: – Я убедила его в том, что у тебя фанатичное пристрастие к кулинарии и что у нас после каждого обеда остаются горы еды.

Дедушка поднялся, чтобы налить себе еще кофе, и усмехнулся, слыша объяснения Дианы.

Обняв ее за плечи, он заметил:

– Коул сочтет нас либо безумцами, либо транжирами.

– Несомненно, – призналась Диана, не замечая, что родители уставились на нее с плохо скрытым изумлением. – Впрочем, было бы гораздо хуже, если бы он считал, что я занимаюсь благотворительностью, – призналась она с улыбкой, поднимая тяжелый коричневый пакет.

– Прежде ты ни словом не упоминала об этом парне, – спокойно заметил ее отец. – Кто он такой?

– Он? Ну, пожалуй… он совсем не похож на моих знакомых.

– Чем не похож? – продолжал допытываться отец. – Может, он бунтарь? Или ренегат? А может, просто недовольный?

Диана задумалась, остановившись в дверях.

– Наверное, он ренегат, но в хорошем смысле слова. Коул… – Она взглянула на родных и наконец закончила: – Особенный. Так мне кажется, и все. Он выглядит рано повзрослевшим и опытным. Он… словом, он не такой, как остальные, – неловко договорила она.