Конец всему

Во время обеда и в курилках теперь шли бурные дебаты, по поводу нововведений Светланы. Мужская половина коллектива, преобразилась. Расчёсанные шевелюры и бороды, которые раньше неделями не видели гребня, кто не носил бороду, были гладко выбриты. Из-под белых лаборантских халатов выглядывали наглаженные галстуки и брюки. По утрам густо пахло одеколоном и туалетной водой.

Но не всем нравилось такое преображение, многим женщинам это было не по душе, особенно Зиночке Степановне. Раньше ей принадлежало всё скупое внимание мужчин и её злило, что теперь все крутятся вокруг Светланы, а её же окружает только верная свита из двух подруг.

Она часто пыталась подколоть Светлану, но её чувство юмора было куда более мелкое, чем у новой лаборантки и, вместо того чтобы вызвать усмешки над Светланой, она вызывала смех над собой, когда на её подколы, Светлана отвечала какой-нибудь шуткой или эпиграммой.

Мужчины, что помоложе, увивались за Светланой, одаривая комплиментами, цветами, сладостями. Нет-нет, да кто-то пытался пригласить её в кино, на танцы или в театр.

Но она непринуждённо, с весёлой улыбкой на лице отшивала кавалеров. Её сердце, казалось, не принадлежало никому.

Но не только женщинам не нравилось такие перемены. Викентий Степанович, начальник лаборатории, тоже был недоволен тем, что вместо работы его сотрудники заняты чёрт знает чем, и грозился уволить Светлану, если она не прекратит отвлекать учёных от работы, покрикивал на сотрудников. Они сразу же начинали делать вид, что работают, но как только заведующий выходил из кабинета, всё опять возвращалось на круги своя.

Вениамин, был не очень-то стеснительным парнем, но он пока не решался подойти к ней. Его сердце сдалось под обаянием Светланы, он в тайне мечтал о том, как он пригласит её куда-нибудь и как хорошо они проведут время. Но пока все это было мечтами. Он старался держаться как обычно и не поддаваться всеобщему порыву. Но всё же его поведение изменилось. Если раньше он мчался в свою тайную лабораторию, как только часы указывали на конец рабочего дня, то теперь нередко задерживался.

Его шкафчик с личными вещами и одеждой, был рядом со шкафчиком Светланы, и иногда, дождавшись момента, когда она начнёт собираться, помогал ей надеть пальто. А ещё бывало, что и помогал донести ей сумку до проходной института. Она одаривала его улыбкой и исчезала в дверях, а он брёл в то место, которое за последний год стало его домом, в свою ночную лабораторию.