Ковчег для Кареглазки

Некоторые покойники цепляются за жизнь крепко… и безуспешно.

Гермес пристрелил ученого, после чего вместе с богобратьями сжег огнеметами все трупы.

– Мы упустили Ковчег, – пастырь нервно переминал пальцы. – И Мчатрян исчез. Коллегия обвинит нас.

– Святые небеса! Но это ведь не наш промах! – не согласился Гермес, уже обтрусившись от пепельных хлопьев, и методично вытирая запачканные ботинки. – Виноват Буревестник.

– Приор первым нас и обвинит.

– Если бы он работал лучше, то и мы не опростоволосились бы, – юноша нахмурился, увидев царапину на новом ботинке.

 – Почему мы до сих пор не имеем понятия, что это такое – Ковчег? Как нам работать вслепую?!

– Гермес, довольно! Даже не вздумай обвинять приора в чем-либо! НИКОГДА! Ты слышишь?! – пастырь побагровел. – Ты не представляешь, на что способна Коллегия! У приоров – власть, а она ожесточает.

Парень просто не любит Буревестника… он винит его в смерти брата Сергея… Арго взял себя в руки – кто-то должен оставаться хладнокровным.

– Ну же, прекрати… – он примирительно положил руку на плечо синдика.

 – Мне жаль твоего брата. Но мы должны сконцентрироваться и найти Ковчег. Как можно скорее. Если он попадет не в те руки…

– Обязательно найдем! – Гермес вдруг встряхнулся и заулыбался ровными красивыми зубами. – Ничто не может противостоять промыслу Божьему.

Синдик почувствовал, что с шеей что-то не так. Нащупал цепочку и обнаружил, что подвеска исчезла. Покойник сорвал кулон Всевидящего ока! Он посмотрел в пламя, и понял, что его не найти – по крайней мере сейчас.

Это было нехорошо, но пока что придется позабыть о нем.

Арго уже направился к машине. Вслед за ним сели все остальные. Последним был Птолемей, запустивший в небо беспилотник. Черная туша внедорожника взрыла колесами грунт и выехала. Дрон парил сверху и выдавал себя лишь маленьким красным огоньком.

Ковчег должен быть совсем рядом. Скоро мы его найдем. Мы – орудие Сурового Бога, и Апокалипсис не остановить. Таков промысел Божий, с надеждой подумал пастырь.

Вскоре на поляну вернулся ворон, желающий поживиться горелым мясом. Он, как завороженный, смотрел на пламя, лишь единожды посмотрев на место, где стояла машина. Среди множества следов на подмерзшей апрельской грязи остались отпечатки с силуэтом саламандры – следы от новой обуви Гермеса, накануне раздобытой им на заброшенном блокпосте.

****

Только страх вынудил Артура Мчатряна спрыгнуть с дырявым парашютом. А тем более, с низкой высоты, с собакой и кейсом.