После вечеринки

 – Голова работает хорошо, но вот о сердце того же не скажешь, а ведь в нашем бизнесе без здорового сердца не обойтись.

Снова поглядев на Чейза, Эллиот произнес:

– Мальчик мой, это секрет Полишинеля. Не думай, будто я ни о чем не догадываюсь. Конечно, реакция у меня уже не та, да и память иногда подводит, но не до такой же степени!

В голосе старика звучали усталость и смирение. Чейз, напротив, ответил с искренним пылом:

– Вот почему нам срочно надо поговорить, составить план действий перед сегодняшним собранием…

– Ну хорошо, хорошо, – со вздохом уступил Эллиот.

Чейз был слишком высок, чтобы с комфортом расположиться в яйцевидном кресле, поэтому присоединился к Элле. Ноги его не просто доставали до пола, а твердо стояли на нем, не давая качелям раскачиваться. Сразу стало ясно: время веселья закончилось, пора заняться делом.

«Хладнокровие. Собранность. Уверенность», – повторяла про себя вычитанную где-то мантру Элла.

– Итак, начнем с основных моментов. На какую дату назначены поминки?

– В идеале хотелось бы на День памяти, но он, к сожалению, уже прошел. – Эллиот вздохнул. – Как насчет выходных перед четвертым июля? Вечером можно будет устроить фейерверки.

Элле, конечно, еще не приходилось организовывать мероприятия, однако она рассудила, что три недели на подготовку – вполне достаточный срок. Но уже после следующего вопроса Элла поняла, что, мягко говоря, переоценила свои силы.

– Сколько гостей планируете пригласить?

– Шестьсот – семьсот.

У Эллы отвисла челюсть. Назови Эллиот цифру «шестьдесят», она и то запаниковала бы. А как прикажете устраивать поминки на шестьсот – семьсот человек? Меньше чем за месяц?

– Дядя Эллиот, не забывай о благоразумии.

– Что же тут неблагоразумного? Помирать, так с музыкой. А вы что скажете, Элла?

– Н-ну… Установленный вами срок слишком мал для организации мероприятия такого масштаба.

– Пожалуй, вы правы.

Элла вздохнула было с облегчением, но тут Эллиот прибавил:

– Придется перенести на август. Моя Изабелла умерла в августе. Двадцать седьмого числа. – На лицо Эллиота будто набежала туча. Потом он произнес растерянным тоном: – Неужели уже три года прошло? Не может быть…

– Мои соболезнования, – проговорила Элла.

– Без нее у меня бы ничего не вышло. Она меня всегда поддерживала.