После вечеринки

Меня зовут Чейз, а вам нужен Эллиот. Мой дядя.

– Мои соболезнования. Тяжело, когда дядя умирает.

Сквозь стиснутые зубы Чейз процедил:

– Да не умирает он.

Элла Сэнборн озадаченно наморщила лоб.

– По телефону ваш дядя просил меня организовать поминки. По нему. В ирландском стиле.

Чейз потер шею, однако избавиться от мучительного дискомфорта это действие не помогло.

– И кстати, мой дядя даже не ирландец.

– Что-то я запуталась.

– Немудрено, – хмыкнул Чейз.

Что и говорить, дядины экстравагантные выходки многих ставили в тупик.

В последнее время Эллиот стал настолько непредсказуемым и рассеянным, что некоторые члены совета директоров начали ставить под сомнение его вменяемость и способность продолжать управление открытым акционерным обществом. По слухам, вот-вот должно было состояться голосование по этому вопросу, и тогда Эллиота запросто могут сместить с должности.

Слишком поздно Чейз заметил, что Элла приняла последний комментарий на свой счет.

– Конечно, иногда я бываю наивной, но я не полная идиотка.

– Я вовсе не это имел в виду…

– Все, поняла. Меня обдурили и подставили.

Чейз нахмурился. За несколько секунд желание провалиться сквозь землю преобразовалось в растерянность.

– В каком смысле?..

– Этот заказ, встреча с клиентом… Даже не представляю как, но Бернадетта пронюхала про мой новый бизнес и подговорила вас, чтобы поставить меня в дурацкое положение.

– Кто такая Бернадетта?

– Моя сводная сестра. Вернее, бывшая сводная сестра.

Мой папа был женат на ее матери, но теперь они развелись. – Выдержав эффектную паузу, Элла с чувством произнесла: – И слава богу! – А помолчав еще немного, прибавила: – Но Бернадетта до сих пор продолжает портить мне жизнь.

– Если вас это утешит, никто вас не подставлял. Дядя действительно хочет ирландские поминки. На полном серьезе.

– Хотя он не ирландец и не умирает.

– У дяди свои причины.

Которых Чейз не понимал и уж конечно не разделял.

– Он иногда бывает… э-э… – Не зная, как описать Эллиота, который воспитывал его с десяти лет, Чейз смущенно закончил: – Ну, такой вот он человек.

Особенно ярко это проявилось в последнее время.

– Какой? – уточнила Элла.

Губы Чейза сжались в тонкую нитку. Многие говорили, что с возрастом дядя начал сдавать, но Чейз упорно не хотел верить этим слухам и тем более – распространять их. Убедившись, что ответа не последует, Элла Сэнборн ободряюще произнесла:

– Ладно, сама разберусь.