Последнее письмо из Греции

Я, чуть повернувшись, отваживаюсь посмотреть на толпу, на улицу за спиной, ведущую к гавани. Но мужчины не вижу. Ушел.

Я бросаюсь к столику спросить Кристину, кто это был, но ее тоже нет. Нигде. На дороге стоят люди и громко болтают на незнакомом мне языке. Я будто потерялась, а ведь приехала кое-что найти.

Лицо того человека, его взгляд меня пугают. Кто это? Впервые с тех пор, как сюда прилетела, я чувствую одиночество и страх. Может, не стоило ехать в Метони?

– Софи!

Слышу, что меня зовут, но в расстроенных чувствах не пойму, откуда доносится голос.

– Я здесь!

Рядом с таверной замечаю Кристину с племянником, Кристофом. Она отчаянно машет мне, пытаясь перекричать толпу. Я облегченно вздыхаю, одновременно думая: ну что за дура! Разве можно волноваться по пустякам и доводить себя до такого состояния?

Я бросаюсь к ней, благодарная за то, что у меня есть хоть какая-то защита, если глядевший на меня человек вернется. По крайней мере, нас будет двое.

Наверное, я так остро реагирую, потому что совершенно вымоталась и от усталости валюсь с ног. Местные и не думают расходиться, но мне бы добраться до постели.

Кристина берет меня за руку.

– Как ты, Софи?

Она смотрит мне в глаза, явно подозревая, что мне не по себе.

– Все хорошо, только до чертиков устала.

Она, похоже, довольна ответом, а я продолжаю:

– Пойду я, спасибо за чудный вечер. Можно расплатиться?

– Нет, нет, – вмешивается Кристоф. – Это наш подарок от семьи.

Ты нам нравишься, и мы настаиваем!

– Вы слишком добры, но я не могу согласиться, – отвечаю я, тронутая такой щедростью.

– Даже не думай! Но при одном условии… В следующий раз выпивка за тобой. Договорились? – ловко улаживает дело Кристоф.

Я неохотно принимаю их гостеприимство, но, похоже, у меня нет выбора.

– Ну, как скажете, но в следующий раз плачу я.

* * *

Еле живая от усталости я медленно взбираюсь на холм, домой.

Даже не верится, что продержалась так долго, ведь, не считая короткого отдыха, я не спала двадцать часов.

Только не могу избавиться от тревоги, охватившей меня после танцев, хотя первая часть вечера прошла на ура. Я тяжело поднимаюсь по крутому склону. Вокруг стрекочут цикады, шелестят оливковые деревья. В темноте обостряются все чувства. Остановившись передохнуть, я смотрю на море. Все это так романтично и пробуждает воспоминания, но волшебство немного потускнело.