Последний сад Англии

То есть кормить меня, моего сына и моих слуг. Я выразилась ясно?

Лицо Миссис Джорж застыло.

– Я отлично поняла Вас, Миссис Саймондс.

– Хорошо. Да, а к ужину я ожидаю также коменданта, – проговорила миссис Саймондс, чеканным шагом выходя из комнаты.

Джоан, спрятавшаяся за спину Стеллы, стараясь унять страх, сделала глубокий вдох.

– Ох, и крута наша хозяйка, да?

– Я бы, конечно, могла сказать, что она стала еще нетерпимее после того, как скончался ее супруг, но… – Стелла начала говорить и осеклась.

– Но?.

.

– Но она была такой всегда, сколько я помню, с тех самых пор как я приехала в Хайбери Хаус. Пойдем, отнесем пожитки Бобби наверх в мою комнату.

Диана

Дианы Саймондс, обдирая руки и обламывая ногти, вскарабкалась-таки вверх по ступеням из кухни, находившейся в цоколе, в коридор для слуг, расположенный на первом этаже. Она протиснулась в тайную дверцу в облицовочных панелях холла возле парадной лестницы и попала прямиком в свою умывальную комнату. Она держала подбородок высоко и гордо поднятым до тех пор, пока не закрыла дверь.

Переходя методично по очереди от окна к окну, задернула розовые золотом вышитые шторы. И лишь после того, как комната погрузилась в полумрак, она позволила себе, наконец, проявить слабость и без сил рухнула на диван, спрятав лицо в ладонях.

Она ненавидела роль третейского судьи в перебранках между своими кухаркаихами и персоналом госпиталя для выздоравливающих, который практически отобрал у нее ее дом. Но с другой стороны, из всего того, что обещал ей Мюррей, и так очень немногое вписывалось в нынешнюю реальность.

Они только закончили заново оформлять интерьер Хайбери Хаус, когда фашистская Германия аннексировала Польшу и премьер-министр Великобритании Чемберлен объявил, что началась война. Менее чем месяц спустя, Мюррей приехал домой поездом из Лондона и сказал ей, что записался добровольцем в армию, что будет врачом. Она схватила в охапку сына Робина, крепко прижала к его себе и зарыдала, но Мюррей сумел убедить ее, что обязан пойти служить, обязан вдвойне – как доктор и как джентльмен.

А потом он пообещал ей, что будет себя беречь.

«Какой толк от того, что я три года жил фактически на стройплощадке, если не для того, чтобы иметь возможность возвращаться домой и наслаждаться домом, который построил вместе с моей красавицей-женой?» – спросил он, рассмеялся и поцеловал ее. И от того, что до сих пор судьба, казалось, благоволила светлому гению и сильной воле Мюррея, она тоже поверила ему.