Последняя ночь у Извилистой реки

Бесконтрольное пьянство и обычные сексуальные оплошности, «не говоря уже о последующем замешательстве и стыде». Этот набор мудреных слов Дэнни Бачагалупо постоянно слышал от отца. С точки зрения Доминика, пятничные ужины были самыми прихотливыми. Многие франкоканадцы считали себя ревностными католиками и мяса по пятницам не ели. Для них повар готовил рыбную пиццу. А для тех, кто не относился к числу «пожирателей макрели» (большинство сплавщиков, рабочие лесопилки и, конечно же, Кетчум), рыбная пицца была скудной едой.

Довезя Дэнни до школы, Джейн заглушила мотор и слегка хлопнула мальчика по плечу. В лучшем случае удары школьной шантрапы приходились по этой части тела. Разумеется, удары более взрослых оболтусов были сильнее и больнее, и били его не только по плечам.

– Подбородок опусти, плечи расслабь, локти не расставляй, а ладони держи вблизи лица, – наставляла его Джейн. – Сделай вид, будто хочешь ударить по морде, а сам бей эту шваль прямо по яйцам.

– Знаю, – ответил ей Дэнни.

Он еще в жизни никого не ударил: ни по лицу, ни тем более по яйцам.

Наставления Джейн обескуражили его. Наверное, эти советы исходили от констебля Карла. Впрочем, индианку никто не бил, за исключением самого полицейского. По мнению Дэнни, никто бы и не осмелился сцепиться с такой крупной женщиной. Возможно, даже Кетчум крепко бы подумал.

Дома Джейн всегда целовала Дэнни: и когда уезжала, и когда приезжала, и среди дня. Но в Париже она себе такого не позволяла, ограничиваясь легким похлопыванием по плечу или вообще словесным пожеланием удачи.

Если бы юное отребье Западного Даммера увидело, как Индианка Джейн поцеловала Дэнни, ему бы от них досталось пуще прежнего. Но в эту пятницу, сидя в кабине ее пикапа, мальчишка на время забыл, где они находятся. Он ждал, что Джейн поцелует его. А еще ему хотелось задать ей какой-нибудь вопрос насчет матери.

– Дэнни, ты хочешь меня о чем-то спросить? – догадалась посудомойка.

– Ты… ты досидошничаешь с моим отцом? – спросил он.

Джейн улыбнулась, однако ее улыбка была натянутой, совсем не такой, как всегда.

Индианка промолчала, что еще сильнее встревожило Дэнни.

– Не заставляй меня спрашивать об этом у Кетчума, – пригрозил мальчишка.

Теперь Джейн засмеялась, и ее улыбка стала почти прежней. (Вождь Уаху, как всегда, нагло пялился на Дэнни с бейсбольной шапочки.)

– Ты лучше спроси об этом у своего отца, – сказала она. – Не надо так волноваться, – добавила Джейн и опять хлопнула его по плечу, но уже чуть сильнее.