Последняя ночь у Извилистой реки

Но в ночь с субботы на воскресенье Джейн уезжала домой либо под утро, либо оставалась, имитируя для Дэнни ранний приезд на работу.

– Мне повстречался Карл, – сказал повар, ложась рядом с нею.

– Но это не он тебе по губе въехал.

– Не знаю, известно ли ему про нас.

– И я не знаю, – сказала Джейн.

– А Кетчум что, действительно убил Пинета Счастливчика? – совсем не к месту спросил повар.

– Этого, Стряпун, никто не знает. И тогда не знали. А теперь-то что ворошить прошлое? Ты лучше скажи, почему Норма Шесть тебя ударила?

– Потому что я отказался кувыркаться с нею, вот почему.

– Если бы ты трахнул Норму Шесть, я бы тебя так отделала… вообще забыл бы, где нижняя губа, – сказала Джейн.

Повар улыбнулся. Разбитая губа тут же отреагировала. Он поморщился от боли.

– Бедняжка, – усмехнулась Джейн. – Никаких поцелуев сегодня.

– Есть и другие занятия, – сказал повар.

Джейн распластала Доминика на спине и улеглась на него. Своим весом она припечатала повара к кровати и почти лишила возможности дышать.

Стоило ему закрыть глаза, как он видел себя в удушающих объятиях Нормы Шесть, и потому повар держал глаза открытыми. Потом Джейн всей своей тяжестью навалилась на его бедра, поднялась и села сверху. Не теряя времени, она впустила его член в себя.

– Я покажу тебе другие занятия, – тихо сказала посудомойка, раскачиваясь взад и вперед.

Ее груди сотрясались, ударяя по нему, ее губы водили по его лицу, не касаясь нижней губы. Волосы Джейн накрыли их обоих, создав нечто вроде палатки.

Повар мог дышать, но ему было не пошевельнуться. Такую глыбу, как Джейн, сдвинуть он был не в состоянии. А потом, он и не хотел ничего менять и останавливать ее раскачивания или это вхождение в ритм их любовной игры. (Даже если бы Джейн была такая же легкая, как покойная жена Доминика, а он сам был бы широкоплечим, как Кетчум.) Это немного напоминало поездку в поезде. Немного, поскольку на самом деле, «поезд» ехал на нем.

Дэнни слышал шум воды в ванной.

Кто-то вторично поцеловал его в лоб: либо вернувшийся отец, либо Джейн. Все эти события были реальными, но сейчас их реальность словно отступила на задний план. Не имело значения и то, что мальчишка вплел этот поцелуй в своей сон, где его страстно целовала Пам Норма Шесть (и не только в лоб). Дэнни хорошо знал, как скрипит лестница, когда по ней поднимается отец. Повар всегда ставил первой здоровую ногу и подтягивал к ней хромую.