Потерянный рай

Воззри же на Меня: Я предлагаю

Себя за человека, жизнь за жизнь!

Пусть на Меня Твой гнев падет; готов Я

Страдать за человека; для него

Покину лоно Я Твое и славу,

Которую с Тобою здесь делю,

И даже за него умру охотно.

Пусть на Меня обрушит Смерть всю ярость:

Недолго, побежденный, буду Я

Подвластен игу мрачному: Ты дал мне

Жизнь вечную; в Тебе Я буду жить,

Хоть Смерти Я и уступлю, отдав ей

Все, что во Мне есть смертного; когда же

Я этот долг ей заплачу, Меня

Ты не оставишь в ненавистном гробе

Добычею ее; Ты не попустишь,

Чтоб непорочный дух Мой пребывал

Вовеки там, где тленье торжествует;

Нет, встану Я победоносно вновь,

И побежден Мой победитель будет,

Лишась добычи, коей он хвалился;

Смертельную получит рану Смерть

И, жало смертоносное утратив,

Бесславно покорится навсегда.

Я ж вознесусь и в торжестве великом

Плененный Ад к Тебе Я приведу

Пред очи, покорив все силы мрака.

И будешь Ты обрадован, Отец,

И ласково с Небес Мне улыбнешься,

Затем что Я, возвышен чрез Тебя,

Всех побежду врагов, и враг последний,

Смерть лютая, в гроб будет заключен.

Потом, с толпою душ, Мной искупленных,

На Небеса, покинутые Мною

На долгий срок, Я снова возвращусь,

И вновь лицо Твое увижу, Отче,

На коем тени гнева уж не будет,

А будет лишь прощение и мир;

Карать с тех пор не будешь Ты; блаженство

Лишь будет всем в присутствии Твоем».

Он речь окончил, но весь кроткий образ

Еще без слов, казалось, говорил

И весь дышал бессмертною любовью

Ко смертным людям; выше той любви

Сыновнее лишь было послушанье,

С которым Он, ту жертву предложив,

Великого Отца ждал высшей воли.

Объяты изумленьем, Небеса

Дивилися, – что это может значить,

К чему ведет? Но вскоре Всемогущий

Все разъяснил, так Сыну возразив:

«О Ты, который на Земле и в Небе

Единственный нашелся, чтоб дать мир

Согбенному под гневом человеку!

Единое Мое Ты утешенье!

Ты знаешь, сколь Мне дороги созданья

Мои и между ними человек,

Хоть и последним создан он.

Из-за него лишиться Я готов

Тебя; от лона Моего, от правой

Моей десницы удалишься Ты,

Дабы спасти потерянное племя.