Потерять и обрести

Куда подевался ее рыцарь в сияющих доспехах? Она вздрогнула. Такого Роана она прежде не знала.

Дамы вышли на улицу, чтобы насладиться свежим воздухом. Диана Роджерс задержалась, но Роан натянуто ей улыбнулся и сурово-сладкозвучно предложил пойти и взглянуть на розы. Мисс Роджерс выглядела так, словно планировала нечто иное. Только слепой не заметил бы, что у нее в отношении Роана имелся определенный интерес.

Шок не оставил Шарлотту, к нему прибавились трепет и восторг, как в прежние времена. Как же замечательно выглядит мужчина, который когда-то любил ее и которого любила она.

Она понимала, что по-прежнему испытывает к нему чувства. Ни до кого другого ей не было дела. Но сейчас не время терять голову.

– Я дойду до коттеджа, – произнесла она дрожащим шепотом. – Ты не должен меня провожать.

– Разве?

Его резкий тон пронзил ее сердце.

Роан взял Шарлотту за обнаженное плечо и притянул к себе.

– Он мой? – резко спросил он.

Шарлотта оказалась не готова к такому повороту событий.

Она понимала, что Роан тоже шокирован. Ей хотелось прикоснуться к его лицу, но она не осмелилась. На нее нахлынули грусть, чувство вины, сожаление, раскаяние. Ее сердце трепетало в груди, как обезумевшая птица. Ей нужно оттянуть время, чтобы подумать.

– Я не знаю, о ком ты говоришь, Роан. – Прядь волос упала на ее лицо, немного закрыв его.

– Поэтому ты дрожишь с головы до ног? – отрезал он. – Кристофер мой сын, а не Мартина.

Она попробовала высвободить руку, но безуспешно – Роан был намного сильнее.

– Ты свихнулся? – Ее голос тревожно дрогнул.

– Боже! – выпалил Роан. – Не считай меня дураком, Шарлотта. У него мои глаза, мой нос, мои губы, мой подбородок.

«Твоя красивая улыбка. Твоя манера нетерпеливо отбрасывать рукой прядь волос со лба».

– Он будет все больше и больше походить на меня. Что ты будешь делать?

– Роан, пожалуйста, – взмолилась она, ненавидя себя.

Он не испытывал к ней жалости. Он изо всех сил сдерживался, иначе тряс бы ее до тех пор, пока эта белокурая голова не упала бы ему на грудь.

Вопреки желанию он вдыхал неповторимый аромат ее тела, который был готов вдыхать вечно. Какой же он дурак!

– Как ты могла так поступить, Шарлотта? То, что ты сделала, непростительно. Кристофер не может быть ребенком Мартина.

– Пожалуйста, Роан, прекрати. – Она крепко зажмурилась от боли и отчаяния.

– Ты решила выбросить меня из своего сердца и головы, – обвинил он ее. – Ты знаешь, что так и было.