Похищение

Но мне не страшна смерть, уже не страшна. После всего, что случилось.

Слышатся резкие удары, Нед кричит от боли. Наверное, он в ужасе – но разве он не предполагал, что произойдет? Хантера, его телохранителя, жестоко убили три дня назад. Хантера заменил Карл – темная лошадка. Где был Карл, когда нас похищали? Чтобы попытка удалась, должно было произойти серьезное нарушение мер безопасности. Итак, главный подозреваемый – Карл.

Машина останавливается. Открываются двери, с моей спины убирают ноги. Меня выволакивают из салона, заставляют встать.

Прохлада августовской ночи охватывает меня, по рукам бегут мурашки. Пахнет землей, листвой, древесным соком.

Слышу, как Неда вытаскивают из багажника. Нас толкают вперед, Нед идет первым, я слышу его бормотание. Твердая земля, камни впиваются в мои босые ступни, как галька на пляже. Я жду мягких зарослей папоротника, хруста веток под ногами. Но гравий сменяется гладкими плитами, какой-то тропинкой. Значит, нас не казнят. И мы не в лесу.

Останавливаемся. Слышу, как скрипит, открываясь, дверь, дерево скребет по земле.

Дверь какой-то постройки – во дворе, кажется. Меня обдает потоком холодного воздуха, и я дрожу. Это не сарай – это подвал или подземелье, чьи толстые стены не согреты теплом солнца.

Я дрожу, меня плотно обступили со всех сторон. Где-то впереди открывается дверь, снова борьба, бешено сопротивляется Нед, мне оттаптывают ногу, пока пытаются с ним совладать. Затаив дыхание, жду. Хлопает дверь, слышатся удары: Нед всем телом бросается на нее, яростно мыча в кляп.

Молчи! Это не поможет.

Мы идем дальше, поднимаемся по каменным ступеням, я считаю их: всего двенадцать. Изношенный камень под ногами наверху сменяется теплым деревом, не таким твердым на ощупь. Открывается дверь, и я шагаю вперед.

Сзади какое-то движение, я жду удара, но вместо этого с моей головы срывают капюшон. Волосы потрескивают от статического электричества, глубоко вдыхаю носом, затем часто моргаю, чтобы глаза привыкли к темноте. Но ничего не вижу. Ни проблеска огонька, ни более светлых оттенков мрака.

Внезапно меня дергают за руку, сильные пальцы сжимают запястье. В горле зарождается тревожный крик. Только не это! Я брыкаюсь, ступня попадает в плоть и мускулы, но кто бы ни был у меня за спиной, он сильнее. Затем раздаются пилящие звуки, резкое царапание ножа эхом разносится по комнате, и вдруг громкий щелчок. Запястья больше ничто не сдавливает, и я по инерции ныряю вперед. Но не успеваю повернуться, как дверь хлопает.