Прах человеческий

У новых мышц не было того же чутья, что у старых, они не были натренированы годами. Я стал тенью того человека, что упал с моста в Ведатхараде, и мне уже не суждено было снова стать этим человеком.

«Еще раз!»

– Все хорошо, – хрипло ответил я. – Спасибо.

Гектор Олива протянул мне руку.

Я взялся за нее и встал.

«Мы все Сизифы», – отрезвили меня слова Гибсона.

– Давайте еще раз, – попросил я, расправив плечи и перехватив меч.

Глава 12

На Картею

Мы покинули Несс до конца года.

Элькан дал добро на перелет, и Венанциан не стал тратить время на приготовления – он был рад наконец избавиться от меня. Олива вновь вернулся к роли Харона, перевозящего полумертвых, спящих в ледяном плену нас с Валкой. По моему настоянию из форта Горн были направлены солдаты, которые собрали и перевезли из поместья Маддало на пересадочную станцию, а затем на «Ашкелон» все наши вещи. На этот раз я лично следил за транспортировкой, чтобы не пропало ничего ценного, вроде филактерии Валки или сердечника меча Гибсона. Мы взяли с собой больше вещей, чем на Падмурак. Я не оставил ни одной книги из библиотеки, распорядился собрать все приборы и документы из кабинета Валки, не забыл и сувениры с трофеями, которыми был завален дом: знамя Мариуса Вента, помятый мирмидонский шлем, умывальная чаша Джинан – все это и многое другое было также упаковано и отправлено на корабль.

В глубине души я знал, что уже не вернусь сюда.

Сейчас я понимаю, что думал, будто отправляюсь из одной золоченой клетки в другую.

В конце концов, как бы со мной поступил император? Весь мой отряд погиб, я потерял «Тамерлан» и более не представлял ценности как боевая единица. Мои дипломатические навыки после провальной экспедиции к лотрианцам тоже представлялись более чем сомнительными. Я ожидал, что меня отошлют на Форум и усадят на место Кассиана Пауэрса в Имперском совете, заставят занять должность, которой я много лет избегал. Однажды распрощавшись со мной, император не рискнул бы потерять меня снова. Я оставался крайне важной и опасной фигурой на шахматной доске. Сириани Дораяика продолжал охоту за мной, был готов достать меня даже из-под земли, чтобы, с одной стороны, отомстить за унижение, что я причинил ему своим побегом, а с другой – разорвать причинно-следственную связь между нашим временем и далеким будущим Тихого. Пресечь этот кратчайший путь.

Но, встречая свой последний серый рассвет на Нессе, я ни в чем не был уверен.