Прекрасная Каролина

Через два часа, когда Дани повернула ее лицом к зеркалу, она ахнула от удивления.

– Золушка, – засмеялась Дани, увидев изумленное лицо Каролины. – Еще одна важная деталь. Пусть этот парень думает, что ты – это я. Мой друг, который все это устроил, думает, что я поеду на эту встречу. И проще будет, если мы сохраним все в секрете.

Каролина еще раз посмотрела на себя в зеркало. Ее светло-карие глаза поблескивали благодаря золотистым теням. Щеки и губы были нежно-розового цвета, а платье… Легкая прозрачная паутина едва прикрывала ноги.

Каролина никогда не выставляла напоказ свои ноги, разве что когда надевала шорты или купальник. Она посмотрела на золотистые босоножки, каблуки которых были такими высокими, что она засомневалась, сможет ли ходить в них.

Она абсолютно изменилась, и это ее немного пугало.

– Дани, я не могу…

– Ты встречаешься с ним через полчаса.

– Нет, в самом деле. Врать, делать вид, что я – это ты, что я девушка этого Люка Виейры…

– Лукаса, – нетерпеливо поправила ее Дани.

 – Его зовут Лукас Виейра. Ладно. Пятьсот долларов.

Каролина изумленно уставилась на свою знакомую:

– Пятьсот долларов?

– У нас нет времени. Итак, ты согласна? Да или нет?

Каролина тяжело вздохнула:

– Да.

Глава 2

Лукас поехал домой, принял душ и переоделся. Белая рубашка, голубой галстук, серый костюм. Он жил на Пятой авеню, всего в нескольких кварталах от отеля. Поэтому вызывать машину не было нужды; подобно любому жителю Нью-Йорка, Лукас знал, что самый быстрый способ добраться туда – это пройтись пешком.

Элегантный вестибюль отеля был переполнен. Лукас отыскал относительно открытое местечко, которое давало возможность просматривать всех, кто входил в помещение, и посмотрел на часы. Семь сорок пять.

«Настоящая красавица, – хрипло сказал Джек. – Если коротко, она просто создана для любви».

Лицо Лукаса исказила гримаса. Ему не понравился вкрадчивый тон Гордона, и его не интересовало, была ли у Джека с этой женщиной связь. Главное, чтобы она выглядела прилично, вызывала доверие в качестве его девушки и знала русский язык.

В вестибюле толпилось множество женщин, некоторые из них подходили под описание Гордона, но ни одна не сидела в одиночестве. Если только она пришла. Или придет. Нахмурившись, Лукас снова бросил взгляд на часы. Четыре минуты прошло.

А затем еще одна.

Лукас сложил руки, опасаясь худшего. Она опаздывала.

Плохое начало.

Без пяти восемь Лукаса начало распирать от злости.