Прекрасная мука любви

Еще ни один мужчина не говорил ей подобного! Слова Глэдни произвели на нее необыкновенное впечатление. У Ребекки неожиданно закружилась голова, как вчера вечером на палубе, когда молодой человек ее поцеловал. Но она понимала, что подобные вольности надо пресекать. Нельзя позволять Глэдни разговаривать с ней таким фривольным тоном! Это просто неприлично!

– Прошу вас, Глэдни, не говорите так, – прошептала она.

– Хорошо, – согласился он, глядя Ребекке прямо в глаза. Он так долго смотрел на нее, не отводя взгляда, что Ребекка смущенно заерзала на стуле.

– И не смотрите на меня так, пожалуйста!

Глэдни тихонько вздохнул:

– Что ж, если мне запрещается и разговаривать с вами, и смотреть на вас, тогда остается только одно.

– Что же?

– А вот что, – ласково сказал Глэдни и, прежде чем Ребекка успела понять, о чем он, наклонился через стол и прильнул к ее губам.

И так же, как вчера вечером, на палубе парохода, у Ребекки перехватило дыхание. Она забыла, где она, что с ней. Чувствовала лишь, что отвечает на поцелуй Глэдни со всей страстью, на которую только способна.

Однажды, когда Ребекка была маленькой, она упала с дерева. До сих пор она не могла забыть того странного, пугающего чувства, которое она тогда испытала. Она лежала на земле, не понимая, где она, что с ней произошло, не зная, сможет ли она снова дышать. Так вот, поцелуй Глэдни действовал на нее точно так же.

– Надеюсь, я не помешал? – послышался за спиной у Ребекки холодный мужской голос.

Вздрогнув от неожиданности, Ребекка вырвалась из объятий Глэдни и поспешно обернулась.

О ужас! Перед ней стоял Стивен Лайтфут. Его смуглое лицо было мрачным, темные глаза гневно сверкали.

– Мистер Лайтфут! Как вы здесь оказались? – пролепетала Ребекка.

– А почему бы мне сюда не прийти? В конце концов, это общественное место, – заявил Стивен, меряя Глэдни ледяным взглядом. – Хотя после того, что я здесь увидел, я уже начинаю в этом сомневаться.

Только сейчас поняв, чем она занималась на людях, Ребекка ахнула и зажала рот рукой.

Боже правый! Да она, должно быть, с ума сошла! Краска залила ей лицо, и оно стало под цвет камзола, который она надевала во время состязаний, – ярко-красным.

– Стивен? Что это тебе здесь понадобилось? – раздраженно поинтересовался Глэдни. – Я думал, ты готовишься к скачке. Должен заметить, ты выбрал не самое удачное время для того, чтобы заглянуть в ресторан.

– Я это понял, – ехидно отозвался Стивен. – Приношу свои извинения.