Привычка ссориться

Он – профессионал, и не стоит об этом забывать.

– Аль-Капоне тоже хорошо обращался с родственниками.

– Возможно, но у Грэхама нет с ним ничего общего, – раскрасневшись, выдохнула Люси.

– Я всего лишь хотел сказать, что можно нарушать закон и при этом хорошо относиться к своей семье.

Люси посмотрела ему прямо в глаза, и Хайден не стал отводить взгляд. Время сейчас играло на него.

Не выдержав, она опустила взгляд, слегка качнув головой, и Хайден невольно представил, как мог бы сейчас запустить пальцы в роскошные светлые волосы, приподнять ей голову и самому склониться над ней, припадая губами к ее нежным губам, и…

Хайден вдруг почувствовал, как его начинает душить галстук.

Хайден пристально смотрел на Люси, раз за разом повторяя себе, что она пытается укрывать преступника.

– Работая на АНС, доводилось ли вам нарушать закон? – резче, чем собирался, спросил Хайден.

– Нет.

– А известно ли вам хоть что-нибудь о незаконной деятельности АНС?

– Нет.

– Работали ли вы с бывшими журналистами АНС Брендоном Амсом и Троем Холлом, когда они незаконно прослушали телефон президента и узнали о его внебрачной дочери?

– Нет.

– Они выполняли распоряжения вашего отца?

– Разумеется, нет.

– Сперва они во всем обвинили временного сотрудника, но он оказался непричастен. Вам известно, кто из АНС помог им?

– Насколько мне известно, никто.

– Как по-вашему, почему подозрения пали именно на АНС и Грэхама Бойла?

Люси шумно выдохнула:

– Если человек чего-то добился в этой жизни, то всегда найдутся желающие его растерзать.

К сожалению, на этот раз все было гораздо сложнее. Может, Грэхам действительно хорошо обращался с приемной дочкой, но это не мешало жестокому ублюдку ходить по головам и ломать чужие жизни.

– Как АНС удалось узнать о дочке президента Морроу? Раньше он был сенатором в Монтане, так что его прошлое не раз проверяли.

– Не знаю. – Люси слегка нахмурилась. – Я с этой историей не работала.

Хайден обязан был продолжать допрос, но, глядя на Люси, ему почему-то нестерпимо захотелось взять ее за руку и сказать, что все будет хорошо. Но при этом он почти не сомневался, что все это – лишь игра, чтобы его разжалобить. Не стоит об этом забывать.

– Но неужели вы не обсуждали все это с коллегами? Такой громкий скандал…

– Опытные журналисты не любят делиться своими тайными.