Маг воздуха. Тьма

Осветы и их союзники сохраняют свои земли и титулы, императрица пощадит всех, кто не окажет сопротивления. На меня возложена задача не допустить восстания.– Перкль вздохнул и медленно развернулся к собеседнику спиной. – Единственное, о чем я жалею – мне не позволили убить тебя лично.

Ультун с визгливыми нотками замахнулся подсвечником, как из его собственной тени протянулись черные нити. Миг, и король лесных эльфов, повелитель вечного Элнарила оказался обездвижен. Кожа онемела в местах соприкосновения с заклинанием, сердце почти перестало биться.

Ультуна охватил противный липкий страх, подавляющий волю к сопротивлению. С прикосновением черных щупалец к затылку, у него осталось лишь одно желание – подчиняться хозяйке.

Двери бесшумно распахнулись. Ультун отстраненно смотрел на лежащие на полу тела. Лучшие воины Элнарила погибли с вложенными в ножны мечами, не издав ни единого звука.

Императрица темных эльфов носила облегающий комбинезон, поглощающий свет. Из-под глубокого капюшона виделись только кончики белых волос.

– Ты молодец. – Ее оглушительный голос проникал в голову, повторяясь на разные лады, будто нескладным хором говорили сразу несколько эльфиек. – Как и было обещано, мои тени беспрепятственно вошли в Гландоран. Дворец и казармы наши.

– Благодарю, моя госпожа. – Перкль встал на колени, опустив голову и обнажив шею.

– Встань и иди. Успокой жителей. Неси добрую весть. Элнарил освобожден от тирании. Наш народ снова един. – Она дождалась, пока старый эльф уйдет в сопровождении теней – элитных диверсантов с парными изогнутыми кинжалами из сиреневого металла.

Оставшись наедине с королем, императрица медленно сняла капюшон. – Посмотри на меня.

Ультун не видел ее лица – все внимание поглощали алые глаза. Они постепенно приближались, пока весь мир не сжался до мерцающих угольков. А затем исчезли и они.

Бывший король не испытал боли, когда черные когти разорвали его грудь. Влекомая древним зовом кровь вырвалась из застывшего тела. Костюм впитал себя все до капли, на мгновение подсвечивая сложную паутину линий, опоясывающую тело эльфийки.

Грусть в ее улыбке казалась вполне искренней.

Глава 1, часть 4

У Грея не просто болела голова. Карлик с наковальней вернулся и привел с собой целую ватагу. Шум их молоточков эхом разносился внутри черепа, грозя расколоть его на куски. Лис жалобно застонал, жадно припав к кувшину. На вкус ледяная вода ощущалась лучше любого нектара.

– А я говорила.