Приручи меня

– Вы были влюблены в каждую из женщин, которые побывали в вашей постели? – холодно парировала она.

– Нет, – так же холодно ответил Люк. – Он знал, что вы его не любили?

– Да.

– Бедняга, – пробормотал он, но не отстранился.

– Еще вопросы есть?

– Да. – Губы Люка изогнулись в кривой улыбке, взгляд стал напряженным. Его руки, как и ее, по-прежнему лежали на столе. Их лица были так близко, что стоило ей только слегка податься вперед и наклонить голову, и их губы соприкоснулись бы. – Вы уверены, что не хотите этого поцелуя?

– С какой стати мне вас целовать, если я вам даже не нравлюсь?

– Не задавайте вопросов.

Он умеет заставить ее хотеть того, чего ей не следует хотеть. Например, прикоснуться губами к его губам. Оказаться в его объятиях и почувствовать себя защищенной. Ощутить, как по ее телу прокатываются волны желания.

Подавшись вперед, она прижалась губами к губам Люка. Это был поверхностный контакт, но такой совершенный. Затем руки Люка сомкнулись вокруг нее, и она почувствовала исходящее от него тепло.

Люк не стал ее торопить. Он просто позволил ей изучать форму его губ, пробовать их на вкус. Но как только она собралась отстраниться, он запустил руку в ее волосы и поцеловал ее крепче. Его язык ворвался внутрь ее рта и скользнул по ее языку. Реальность исчезла, остался только этот мужчина и огонь желания, который он разжег в ней одним-единственным поцелуем.

– Сколько лет вам было, когда вы выходили за него замуж, Мэдди? Вы знали, от чего отказывались? – спросил он, оторвавшись наконец от ее губ.

– Поверьте, я была достаточно взрослой. – Она поцеловала его в последний раз. Медленно и глубоко. Ей очень хотелось быть такой, какой этот мужчина хотел бы ее видеть. Юной. Наивной. Невинной. Но у нее никогда не было возможности быть такой, и он должен это понять.

Если сможет.

Неохотно Маделин отстранилась от него и отошла в сторону:

– Да, я прекрасно понимала, что делала, когда отказывалась от любви и страсти ради богатства и стабильности.

Как бы она хотела рассказать этому мужчине о более светлом и счастливом прошлом. К сожалению, это невозможно. Желать, чтобы все было по-другому, бессмысленно.

Люк выругался и отвернулся.

– Я не могу, – сказал он, тряхнув головой, очевидно, чтобы прояснить мысли.