Приручи меня

– Прости, – пробормотал он и направился к деревянной лавке, на которой лежала стопка полотенец.

Джейк подошел к По и заговорил с ним спокойным мягким тоном. Мальчик осторожно кивнул и покинул доджо. После этого Джейк снова переключил свое внимание на брата. Взяв полотенце, Люк отвернулся и начал вытирать лицо, не желая ловить на себе осуждающий или, еще хуже, понимающий взгляд Джейка. Он в очередной раз почувствовал себя младшим братом, хотя не является самым младшим из четырех сыновей своих родителей. Эта сомнительная честь принадлежит Тристану.

Когда он закончил вытираться, Джейк подошел к нему.

– Не хочешь мне рассказать, что с тобой происходит? – спокойно спросил он.

Он имеет в виду то, что Люк последние десять лет ходит по острию ножа? Или то, что он никогда не задерживается на одном месте больше чем на несколько месяцев?

– Посреди матча я нарушил правила. Мне не следовало этого делать. Я остановился. Никто не пострадал. Что еще я могу сказать?

– Ты позволил гневу управлять тобой, – произнес Джейк.

Люк не был уверен, что после того, как он видел столько смертей и разрушений, у него осталась душа. Мысль о том, что Маделин Делакарт, спасительница беспризорников, променяла свою душу на богатство, жгла его изнутри. Стоило ему впервые захотеть впустить в свою жизнь милосердного ангела, как он испытал горькое разочарование.

– Сколько времени прошло с тех пор, как ты в последний раз выполнял свою работу? – спросил Джейк.

– Несколько недель.

– Тебе денег хватает?

– Вполне. – За эти десять лет он заработал много денег. Конечно, он не так богат, как Маделин Делакарт, но может больше не работать.

Джейк открыл рот и, не сказав ни слова, закрыл. Затем, нахмурившись, спросил:

– Ты, случайно, не влюбился?

Люк изумленно уставился на него:

– Что?

– У тебя не возникает неконтролируемое желание позвонить определенной женщине, навестить ее или сделать так, чтобы она принадлежала тебе одному? – осторожно произнес Джейк.

– Нет. – Женщина, которая только что вышла из доджо Джейка, не оглядываясь, не в счет.

– Это хорошо. – Немного помедлив, Джейк спросил: – Но тогда в чем твоя проблема?

– Я не знаю. – Его брат заслуживает честного ответа, и он его ему даст. – Думаю, я слишком долго имел дело с жестокостью и опасностью, и это не могло не отразиться на моем душевном состоянии. В Маделин Делакарт я увидел красоту, причем не только внешнюю.