Прогони мою печаль

– А для чего же?

– Ради самой игры.

– И вы не любите побеждать?

– Ну да, люблю. Люблю побеждать. А вы разве нет?

– Все зависит от того, какой смысл вы вкладываете в это слово, Грант.

По ее лицу пробежала едва заметная тень, словно на мгновение приоткрылась плотная завеса, скрывавшая от людей ее истинное «я». Он не успел приглядеться и что-то понять, как его вновь отвлекли звуки ее голоса.

– А почему вы сказали, что не всегда были ответственным человеком?

Неудивительно, что она прицепилась к этому слишком откровенному заявлению.

В голове замелькали воспоминания. Грант не любил говорить об этом, никогда ни с кем не делился своими мыслями о том, что его до сих пор гложет чувство вины, ведь он уехал из дома всего через год после смерти мамы.

– Ну, скажем так, я из тех, кто поздно взрослеет.

– Сейчас вы другой? И какой же?

– Я уже сказал. Лучший в своем деле. Не поднимаю лапы, чтобы мне почесали брюхо.

По непроницаемому лицу невозможно было понять ее отношение к сказанному.

Жасмин отвернулась и принялась смотреть в окно.

– Раз вы самый лучший, почему вас интересует мое мнение?

– О чем вы? – Грант свернул за угол, изо всех сил стараясь не сводить глаз с дороги. А ему так хотелось увидеть, с каким лицом она задает этот вопрос. Черт, какое ему до этого дело?

– Простите, не хочу вас обидеть, хотя не понимаю, что особенного в футболе? Игроки передают друг другу мяч, стараются забросить его в ворота. Что в этом сложного и особенного? Это не ракетостроение.

– Жизнь спортсмена не похожа на жизнь обычного человека, нам приходится отказываться от вещей, которые для многих вполне естественны, и делать то, что кому-то покажется странным.

– Разумеется, развлечение в ночных клубах и романы с поклонницами – огромная нагрузка.

– Да, с фанатками бывает тяжело, но я справляюсь. – В этот момент они остановились на светофоре, Грант повернулся и подмигнул Жасмин. – Это помогает тренировать выносливость.

– Вы невыносимы! – воскликнула она, делая круглые глаза.

– Мне часто это говорят.

Ей были неприятны его чрезмерная откровенность и самоуверенность, но по непонятной причине это заставляло забыть о других его отрицательных чертах и даже веселило. Похоже, он всегда стремится выделиться.

Грант не мог не заметить, как она вспыхнула, щеки порозовели, ей было неуютно от его взгляда.

Они выехали на улицу, где располагалась балетная студия. Он непроизвольно все сильнее напрягался по мере приближения.