Таулос. Книга первая. Северный ветер

Анайя улыбнулась:

– Спасибо Каспа, но у тебя есть более важные дела.

– Ну что вы, госпожа Анайя, для меня это большая честь и огромное удовольствие – сопровождать такую прекрасную женщину, – ответил слуга искренне.

– Спасибо, мой друг, – Анайя взяла слугу за руку, – но я смогу дойти сама.

– Как скажете, госпожа. Но обещайте, что будете осторожны.

– Хорошо! – пообещала Анайя и вновь улыбнулась. Каспа кивнул и вышел, осторожно прикрыв за собой дверь. Анайя слышала тихий скрип лестницы, пока слуга спускался вниз.

Когда все звуки стихли, Анайя принялась готовить ужин. Голод все настойчивее давал о себе знать.

Закончив ужин, Анайя тихо покинула свой маленький уютный домик и отправилась в гости к князю Оте. Поднявшись по лестнице, она осторожно открыла дверь и вошла в полумрак комнаты князя. Пара свечей горела на небольшом плетеном столике рядом с кроватью Оты. Сам Ота лежал в кровати, и глаза его были закрыты. Анайя решила, что старый князь устал и уснул, не дождавшись ее прихода. Но лишь только Анайя повернулась, чтобы уйти, как услышала голос Оты:

– Неужели ты собираешься уйти, даже не поздоровавшись со мной?

Анайя обернулась.

Ота все так же лежал в кровати, но теперь глаза его были открыты и смотрели на нее из-под густых седых бровей. Анайя прикрыла дверь и подошла к кровати. Присев на край, она взяла его руку, прижала к своей щеке и произнесла:

– Вы же знаете, что это не так, дедушка.

Ота улыбнулся:

– Милая Анайя, когда ты так называешь меня, мне становится так тепло, словно я завернут в мягкие пуховые одеяла.

Твои добрые слова заставляют меня забыть о болезнях и невзгодах.

Анайя улыбнулась. А Ота продолжил:

– Ты ведь знаешь, у меня нет внуков и мой единственный сын сейчас далеко отсюда, но твое присутствие делает мою жизнь счастливой. Ах, как бы я хотел иметь такую внучку под конец жизни!

– Не говорите так, дедушка, вам еще рано об этом думать, – сказала Анайя.

Ота тяжело вздохнул:

– Поверь мне, дорогая, я не стал бы волновать тебя без причин.

Я же вижу, как ты мучаешься от одиночества, как страдаешь. Был бы рад помочь тебе…, – Ота закашлялся.

– Вы уже помогаете мне, – сказала Анайя, отпустив его руки и вставая с постели, чтобы подать чашку с настоем из лекарственных трав, – тем, что скрашиваете мое одиночество, уделяя мне так много внимания.

Анайя поднесла чашку к губам Оты:

– Выпейте, это поможет вам.

Ота сделал глоток и вновь повернулся к Анайе:

– Я слишком стар, Анайя.