Таулос. Книга первая. Северный ветер

– Видишь ли, для любимых выбирают самое хорошее, а для лучших – самое трудное, – объяснил Ота.

Глаза Анайи округлились.

– Значит, – сказала она дрожащим от волнения голосом, – Сенгтай может погибнуть?

Ота тяжело вздохнул:

– К сожалению, я не знаю, о чем думал Екои, когда просил Сенгтая отправиться в лес Гакхи, но думаю, он не стал бы посылать его на верную смерть.

– А что это за лес? Почему его так боятся? – спросила Анайя, едва не плача.

Ота нахмурился:

– Я слышал о нем не много. Слышал, что когда-то там жили народы таров, великие охотники, не знающие страха.

Но однажды что-то случилось, что именно – я не знаю, да и никто не знает. Это было очень давно, когда еще прадед моего прадеда не появился на свет. Тогда ходили слухи, что в лесу Гакхи поселился ужас. Все живое покинуло те места, и даже деревья не давали больше плодов. Тары бежали из тех мест, гонимые необъяснимым страхом. Они перешли Эль, пересекли равнину и поселились в лесах вдоль русла Та, подальше от этого гиблого места. Сейчас только санилы – скотоводы и землепашцы – живут вдоль берегов Эль, но даже их поселения стоят далеко от опушки мертвого леса.

– Ханами говорил, что это лес блуждающих теней, – сказала Анайя, неожиданно вспомнив его слова.

– Да, я тоже слышал это название, – ответил Ота.

– А что это за тени? – спросила Анайя.

– Кто знает, – Ота пожал плечами, – говорят, что это тени из глубины веков, тени забытых цивилизаций, затерянных в потоке времени, но точно никто не может сказать.

– А еще Ханами сказал, что никто не может вернуться из этого леса, – Анайя вся сжалась от страха.

– Когда уехал Сенгтай? – спросил Ота.

– В середине весны, – ответила Анайя.

– Видимо, в начале лета он уже добрался до Гакхи, – размышлял вслух князь.

– Что это значит? – спросила Анайя.

– Это значит, что Сенгтай уже должен был вернуться, – Ота посмотрел на Анайю и добавил, – боюсь, что если он не вернется через пол года, то не вернется никогда.

Анайя вздрогнула, и ее глаза вновь наполнились слезами. Ота взял ее за руку:

– Прости меня, но я не хочу давать тебе ложную надежду. Но не забывай и о том, что все еще может обойтись. Ты должна верить.

После полуночи Анайя вернулась в свой домик и легла в постель. Она проплакала всю ночь, уткнувшись лицом в подушку, и лишь когда первые лучи солнца окрасили небо в розовый цвет, сон завладел ею. Так начался пятнадцатый день месяца белого солнца.