Проклятие Шалиона

Рассказывали, что лорд ди Лютез захлебнулся и умер, когда в подвалах Зангры его пытали водой. Да, это были подвалы, но, поскольку замок высоко вознесся над городом, дело происходило вроде как бы и на вершине горы. Облизнув вдруг пересохшие губы, Кэсерил начал:

– Вы знаете, я ни разу не слышал об этом предсказании при жизни лорда. Я думаю, все это сочинил позднее какой-нибудь любитель жутких историй. Эффектная смерть значительной фигуры часто получает постфактум и самое эффектное объяснение.

Королева улыбнулась – очень странной улыбкой.

Отделив от стебля последние лоскуты сердцевины, она положила их на колени и разгладила.

– Бедный Кэсерил! – проговорила она. – Так мало прожил, а такой мудрый!

Появление служанки с мотками цветного шелка в руках избавило Кэсерила от поисков ответа на сказанное Истой. Он встал и поклонился королеве:

– Ваша служанка…

Проходя мимо той, он кивнул и услышал шепот:

– Она в разуме, милорд?

– Да, абсолютно. Ну, понятно, в определенных границах.

– Про ди Лютеза не говорила?

– Ничего особенного.

Это для меня ничего особенного. А для нее?

Служанка вздохнула с облегчением и прошла к королеве, нацепив на лицо приветливую улыбку. Иста принялась терпеливо слушать о приключениях служанки, в которых той пришлось участвовать во время поисков куда-то запропастившегося мотка зеленого шелка.

Да, вдовствующая королева, дочь провинкары и мать Изелль, совсем не безумна, как о ней шепчется большинство. Если она говорит с теми, кто составляет ее ежедневное окружение, на том языке, на котором она сейчас говорила с Кэсерилом, понятно, почему те объявляют ее безумной! Для Кэсерила же некая туманность ее речей была шифром, а не бессмыслицей.

В ней была скрытая логика. Если бы только у него был к этому шифру ключ! Но где ж его взять? Хотя, с другой стороны, и при некоторых формах безумия люди говорят в такой же манере!

Взяв книгу под мышку, Кэсерил отправился на поиски более спокойного тенистого местечка.

Лето неспешно продвигалось вперед, и его неторопливый ход вносил в душу Кэсерила ощущение покоя. Лучше он чувствовал себя и телесно. Только бедняга Тейдес страдал от ничегонеделанья, поскольку путь на охоту ему преграждали, с одной стороны, жара, а с другой – наставник. Правда, к радости садовников, по утрам он весьма успешно палил из лука по кроликам. Но что такое кролик для настоящего охотника! Лето было не его временем года.