Проклятие Шалиона

 – Не видел ни одной вороны, у которой в словаре было бы больше трех слов. Но священники утверждают, что словарный запас у многих из них гораздо больше.

Ди Санда заблаговременно выслал вперед гонца, который предупредил короля о прибытии брата и сестры, и как только они въехали во двор, толпа грумов и слуг высыпала из внутренних помещений, чтобы помочь гостям. Комендант замка собственноручно предложил принцессе Изелль скамеечку, чтобы помочь спуститься с лошади. Принцесса, увидев склонившиеся перед ней благородные седины, вспомнила о своем высоком положении и, ради разнообразия, не спрыгнула с лошади, как обычно, а максимально грациозно, по-дамски, сошла на каменное покрытие замкового двора.

Бросив поводья на руки подбежавшему груму, Тейдес обозревал замок сияющим взором. Комендант быстро решил с ди Сандой и Кэсерилом дюжину практических вопросов – куда, в какие стойла отвести лошадей, а в какие (Кэсерил ухмыльнулся) – принца и принцессу.

Комендант проводил королевских родственников в их покои в левом крыле главного здания.

Следом за ними шла вереница слуг, несущих багаж. Тейдесу с его свитой предоставили пол-этажа, Изелль и ее спутницам – этаж наверху, над ним. Кэсерилу отвели небольшую комнату на мужском этаже, но в самом конце. Ему что, поручат охранять лестницу, ведущую наверх?

– Отдыхайте и осматривайтесь, – сказал комендант. – Король и королева примут вас вечером, во время торжественной церемонии, на которой будет присутствовать весь двор.

Толпа слуг, принесших воду, чистое белье и полотенца, хлеб, фрукты, сласти, сыр и вино, убедила приезжих, что с голоду они не погибнут.

– А где мой брат-король и его жена, моя невестка? – спросила коменданта Изелль.

Комендант отвесил поклон.

– Королева отдыхает, король же отправился в свой зверинец, доставляющий ему немалое утешение.

– Я бы хотела посмотреть зверинец, – задумчиво проговорила Изелль. – Король о нем мне часто писал.

– Скажите ему об этом, – отозвался комендант, улыбнувшись.

 – И он вам обязательно покажет своих зверей.

Дамы на своем этаже меж тем потрошили свой багаж, выискивая наряды для вечернего торжества – занятие, в котором Кэсерил вряд ли смог бы им помочь. Приказав слуге внести его багаж в предназначенную для секретаря принцессы узкую комнату, он разложил седельные сумки на кровати и вытащил из одной из них письмо провинкары к королю, которое он должен был вручить монарху в собственные руки при первой возможности.