Прощай, Золотой лев!

Прощай, Золотой лев!

Сьюзан Элоиза Хинтон

Городок Тусла, Оклахома. 1960-е годы. Подростковые банды, бильярд, драки, убийства. Шестнадцатилетние Брайон и Марк живут в одной семье как братья и стоят друг за друга горой. Но однажды Брайон понимает, что Марк занимается грязными делами, и ему приходится делать выбор, который навсегда меняет их жизнь.

Сьюзан Элоиза Хинтон, написавшая свой первый бестселлер «Изгои» в 17 лет, остается одним из самых популярных американских авторов. Ее книги, изменившие представление о молодежной литературе и не раз экранизированные в Голливуде, включены и в школьную программу, и в списки запрещенных книг.

«Прощай, Золотой лев!» (That Was Then, This Is Now) вышел в 1971 году и стал вторым культовым романом писательницы. Его читают и любят в разных странах вот уже полвека.

«Хинтон фактически изменила представления о подростковой литературе как таковой».

Анастасия Завозова, переводчик

«Сильная реалистичная история о молодости и бедности».

The New York Times Book Review

«Зрелый, выдержанный роман, который не оставляет читателя равнодушным… Такое трудно забыть».

The New York Times

Сьюзан Хинтон

Прощай, Золотой лев!

Дэвиду

1

Мы с Марком отправились в бар-бильярд в паре кварталов от нашего дома с одним-единственным намерением – раздобыть денег. Мы так уже делали раньше. Я очень хорошо играл в бильярд, особенно для шестнадцатилетнего, да к тому же выглядел наивным малышом, который один шар от другого не отличит.

Благодаря этим двум качествам, а также подстраховке Марка, я выиграл уже не одну игру. Но вот подстава: несовершеннолетним вход в этот бильярд запрещен, потому что он совмещен с баром. Хорошо, что Чарли, бармен и владелец, был моим хорошим приятелем, а также братом девчонки, которая мне раньше нравилась. Когда мы с этой девчонкой расстались, с ее братом мы всё равно остались друзьями, что в таких случаях редкость. Чарли было всего двадцать два, но репутация у него была ого-го, и порядок он поддерживал на ура. Мы жили в довольно суровой части города, и в баре Чарли частенько происходила разная жесть.

Когда мы вошли, я огляделся кругом, ища копов в штатском (я копа всегда узнаю), но не обнаружил ни одного, так что я пошел к стойке и запрыгнул на табурет.

– Мне пива, – сказал я, и Чарли, который как раз полировал стаканы, как и любой бармен, которого вы встретите, кинул на меня мрачный взгляд.

– О’кей,  – жизнерадостно сказал я.  – Колы.