Приручитель 2

Но ведь, если подумать, для империи его жизнь была гораздо важнее!

– «В первую очередь ты всегда должен думать о себе, иначе тебя очень быстро сожрут», – печально добавила Лучезарная.

– «О нас, – машинально поправил ее юноша, любуясь вспыхнувшим румянцем девушки. – Мы теперь друг без друга никуда, помнишь?»

– «Забудешь тут», – странным тоном ответила смущенная каддэя.

– «Дылды, хватит уже звенеть, дайте поспать!» – недовольно вклинилась в беседу Иззи.

Артур с трудом сдержал смешок, знаком попросив остальных помолчать.

Фея всю дорогу до Минска лечила раненых, поддерживая жизнь в самых тяжелых. Сев на поезд до Питера, она забылась мертвым сном, изредка пробуждаясь, чтобы потребовать еды и питья.

Слова Хетем заставили Артура всерьез задуматься. В казавшемся надежным плане с каждой секундой все отчетливее проступали толстые белые нити. Они оставили армию в Минске, взяв только волколаков, – Комаровский наотрез отказался входить в Петербург на штыках. Граф собирался устроить принцу встречу с высшим дворянством и, заручившись их поддержкой, свергнуть отцеубийцу.

По мнению старика, письма вполне должно было хватить в качестве доказательства, но что, если граф ошибается? Что, если гербовой печати на письме и поддержки Комаровского окажется недостаточно? Артур входил в большую игру в роли опоздавшего, возможно, ставки уже сделаны и вовсю крутится шарик рулетки, выбирая, кому возвыситься, а кому пасть.

Приручитель вопросительно посмотрел на Лучезарную, но та едва заметно покачала головой и показала глазами на карман.

Юноше оставалось только тяжело вздохнуть и в очередной раз перевести осторожный взгляд на других пассажиров.

Публика в вагоне подобралась на редкость разношерстная. Большую часть мест занимали простолюдины, бывшие крестьяне, отправившиеся в столицу за лучшей долей. Как до этого пояснила Хетем, их ожидала тяжелая работа на фабриках, по четырнадцать часов в сутки с одним выходным раз в десять дней и бесплатной водкой. Вот и сейчас по мужицким рядам вовсю гуляли бутылки с ней, родимой, и еще больше пустых сосудов, дребезжа, перекатывались по грязному полу, постоянно врезаясь о тела наименее стойких.

Главный бич России – повальное пьянство – сохранился и в новом мире.

Далее кучковалась бедная интеллигенция: простые купцы, чиновники и конторские служащие. Они предпочитали скрашивать досуг газетами и вонючими папиросами, но некоторые нет-нет, да прикладывались к флягам. Неспешно велись разговоры: о войне, политике и ценах на хлеб.