Пылающая звезда

– Я здесь, брат, отстань, – сказал он, освобождаясь из объятий Батухана и глядя в нашу сторону. Поправка, он смотрел только на меня, ни на кого больше. И хотя мне хотелось отвести взгляд, я ни на секунду не могла оторвать глаз от пластыря на его лице. Причиной этих ссадин была я.

– Что, черт возьми, случилось с твоим лицом? Ты что, спутался со скинхедами в Стамбуле, что ли?

Батухан попытался дотронуться до пластырей, продолжая издеваться над ним, но ему пришлось быстро отпрянуть, так как он получил удар по руке.

– Не трогай, брат. Пока мне еще больно. Я просто неудачно упал, – сказал он, и его глаза снова стали искать мои.

Чувство вины охватило все мое тело, мне захотелось встать и поскорее выйти из-за стола, но я понимала, что такое поведение будет выглядеть весьма неловким, и предпочла снова отвести взгляд. Но когда решилась снова повернуться, то столкнулась с любопытным взглядом Бахар. Когда она подняла брови и посмотрела на нас с Демиром, я поняла, что именно произошло. Бахар знала о случившемся.

Когда я отвернулась, надеясь скрыться от их взгляда, то столкнулась с острыми темными глазами Огуза, из которых почти что били лазерные лучи. Хотя он и не знал, что я пережила, но, видимо, сразу понял, что причина случившегося с Демиром – я. Он был довольно умен, и после такого взгляда стало понятно, что эта тема еще не раз всплывет. Когда он открыл рот, чтобы что-то сказать, его остановила гримаса Гекче.

– Как только Гюрсой приехал, он снова привлек к себе внимание.

Когда с губ Гекче сорвалось хихиканье, я повернулась к ней, пытаясь улыбнуться, а она, не задумываясь, указала рукой на Сенем.

– Посмотри-ка на нее, ну просто распустившийся цветок кабачка!

Сенем никого не слышала, она смотрела только в направлении, где находился Демир. Ее мысли улетучились, когда она снова увидела его. Об этом свидетельствовало и то, что она поправляла волосы, стреляя глазами в его сторону.

– Сенем, алло-алло, мы здесь, дорогая, но мне кажется, что ты где-то в другом месте.

Когда Гекче, продолжая ворчать, ткнула Сенем в спину, блондинка наконец поняла, где мы находимся.

– Зачем ты меня тыкаешь, девочка? Ты же делаешь это от раздражения, правда?

– Конечно, я делаю это от раздражения, возьми себя в руки. Ты будешь часто видеть его на занятиях. Почему у тебя такой вид, будто ты вот-вот упадешь?

Когда речь заходила о Демире Гюрсое, Гекче, не задумываясь, говорила все что вздумается.