Пышечка

Эл усмехается:

– Новая подружка?

Я пожимаю плечами.

– Иногда мне ее жалко.

– Как по мне, так она вполне довольна жизнью.

Пока мы заканчиваем обедать, Эл задает мне новые вопросы по экзамену.

– Какая система отвечает за то, чтобы никакая ветвь власти не получила избыточного влияния?

– Система сдержек и противовесов.

– Кстати, как там у тебя дела на работе? Как поживает Мальчик-из-частной-школы?

Я натягиваю на палец пружинку, скрепляющую листы тетради.

– Хорошо. – Я опускаю взгляд в тарелку.

 – Он хороший.

Мне так хочется рассказать про его мерзких друзей и про щетину у него на щеках… Только как это сделать, чтобы у нее не сложилось впечатление, будто я конкретно чокнулась и храню обрезки его ногтей в шкатулке под кроватью? Вчера вечером мне пришлось трижды пересчитывать деньги в кассе, потому что он все время топтался поблизости.

– Мне, конечно, нравится «Свит сикстин»[4 - Sweet 16 – американский сетевой магазин одежды.], но я немножко завидую, что ты там у себя работаешь с парнями.

 – Она закидывает недоеденную морковку в пластиковый пакет с молнией и застегивает его. – До сих пор не верится, что мы работаем порознь.

Эл никогда не устанет напоминать, что я нарушила наши планы на летнюю подработку, согласившись на предложение «Харпи». Но если она не догадывается, почему я не хочу работать в магазине одежды, где ни одна вещь на меня не лезет, то сама я не собираюсь ей ничего разжевывать.

– Какое тебе дело до других парней? Разве не ты только что говорила, что хочешь переспать с Тимом?

Она пожимает плечами.

– Да просто было бы прикольно.

После обеда я отправляюсь на экзамен по праву. Вот и все. Десятый класс окончен. С парковки раздаются первобытные вопли и визг шин. Но я ничего не ощущаю – никаких перемен. Наоборот, я будто бы застряла и все жду, когда же начнется моя жизнь.

Четыре

Когда я в последний раз в этом учебном году возвращаюсь из школы домой, на подъездной дорожке стоит мамина машина.

Я аккуратно паркуюсь, ставлю свою машину на ручник и откидываю голову на подголовник.

Мне моя тачка нравится: это вишнево-красная «Понтиак Гран При» 1998 года, которую зовут Джолин. Ее мне подарила Люси.

Войдя в дом, я иду наверх – на шум, доносящийся из комнаты Люси. Там маячит мамина бирюзовая задница. Бирюзовая потому, что мама надела дизайнерский спортивный костюм, который шесть лет назад подарил ей бывший.